Конспект по книге Олега Цендровского "Между Ницше и Буддой: счастье, творчество и смысл жизни". ---------------------------------------------------- XVIII часть ---------------------------------------------------- ---------------------------------------------------- Ловушка 1. Стереотипы и самоисполняющиеся пророчества ---------------------------------------------------- Человеческий мозг не имеет достаточной вычислительной мощности, чтобы разбираться в каждом воспринятом явлении каждый раз заново. При свежем притоке данных он пропускает их через серию шаблонов интерпретации, оставшихся от таких же или похожих ситуаций, иными словами через стереотипы, созданные самим мозгом или же взятые из внешней социокультурной среды. Стереотипы восприятия наслаиваются на воспринятый опыт и заполняют пустоты по аналогии с уже известным опытом. Это позволяет избежать перегрузок и оперативно вынести суждение о том, с чем мы имеем дело, получить информацию об объекте без необходимости его полноценно анализировать. Все эти факторы вынуждают нас с халатностью относиться к необходимости периодически обновлять стереотипы и сверять их с новым опытом. Не обновляемый постоянно стереотип понижает нашу способность суждения. Подобные стереотипы (назовем их механическими), в отличие от обновляемых стереотипов, мешают нам корректно оценивать явления и, соответственно, корректно действовать. Благодаря им мы получаем намного более искажённую картину мира. Механические стереотипы по принципу воздействия можно назвать самоисполняющимися пророчествами – предсказывая, чем является явление, мы втискиваем его в рамки предубеждения и действительно воспринимает таким, каким его представляем. И, соответственно, веря в реальность ситуации, создаем ее. ---------------------------------------------------- Статические самоисполняющиеся пророчества ---------------------------------------------------- Профессор Дэн Ариэли провел исследование, задачей которого было определить степень искажения информации, идущей от органов чувств под воздействием предубеждения и ожидания. В первой версии эксперимента людям предлагали попробовать два образца пива. Участникам сказали, что это два разных сорта, когда на самом деле второй образец отличался от первого лишь тем, что в него был добавлен бальзамический уксус. После пробы у испытуемых спросили, какое пиво понравилось им больше. Абсолютном большинство предпочло образец номер два – пиво с бальзамическим уксусом. Во втоой версии эксперимента участникам снова предложили сравнить те же самые два образца пива, однако им сообщили заранее, что во второй был добавлен бальзамический уксус. Теперь абсолютное большинство испытуемых заявили что образец номер два – отвратительное пиво. Здесь произошло возобладание негативных ожиданий людей (сочетание пива и уксуса не может быть вкусным) над эмпирическими данными от органов чувств, несмотря на то, что им, как показал первый вариант эксперимента, такая комбинация нравится. Представьте, что вы находитесь на обследовании у психиатра, который заранее убежден, что перед ним душевнобольной. В этом случае, вы не сможете убедить его в обратном. Если вы будете шумно протестовать и возмущаться, вас классифицируют как типичного буйного, агрессивного и не способного контролировать эмоции. Если вы будете отшучиваться и всё отрицать или запираться в себе, это будет названо защитными механизмами. Наконец, если вы с трезвой рассудительностью будете выполнять все, что от вас требуется, и попытаетесь доказать безупречно разумным поведением собственную вменяемость, психиатр тотчас же узнает в вас классического интеллектуального психопата. Что бы вы ни сказали и ни сделали, все будет подведено под тот или иной диагноз. Как говорится, был бы человек, а статья найдется. «Кому ты веришь – своим глазам или моим словам?» Это лишь звучит нелепо, но как демонстрируют философия, история и социально-психологические эксперименты, мы зачастую куда больше верим словам и предубеждениям, нежели собственным глазам, языку и самостоятельному анализу, который просто не умеем проводить. ---------------------------------------------------- Динамические самоисполняющиеся пророчества ---------------------------------------------------- Эффект плацебо уже давно известен в науке и подтвержден тысячами исследований. Он представляет собой любое воздействие вещества, которое обусловлено не биохимическими свойствами, а исключительно ожиданиями человека и верой в наличие у него таковых свойств. С точки зрения биологии здесь нет никакой «мистики». Результаты нашего познавательного процесса (как на бессознательном уровне, так и на сознательном) всегда провоцируют целые каскады реакций в мозге, иммунной и эндокринной системе, которые готовят нас к определенному сочетанию обстоятельств. Зачастую влияние психики на физиологические процессы бывает настолько сильным, что убеждения человека оказывают значительный лечебный эффект и даже снимают боль успешнее, чем сильнейшие медицинские препараты. Вера в определенный сценарий развития событий в будущем не просто меняет восприятие определенных объектов, а реализует заложенную в ней программу. Ситуации, в которых наши ожидания касательно развития хода вещей вызывают в нас поведение, делающее эти представления реальными, распространены на всех уровнях и во всех сферах человеческой жизни. Так, студент, переживающий перед экзаменом и уверенный в неудаче, умножает вероятность провала. Беспочвенные, но упорные слухи о нестабильности финансового рынка или банкротстве компании неизбежно приводят к настоящему падению показателей вплоть до их полного обвала. Человек, уверенный в себе и в симпатии других, с намного большей вероятностью вызовет симпатию у окружающих. Напротив, ощущение враждебности провоцирует формы поведения, которые действительно эту враждебность вызывают. «если люди определяют ситуации как реальные, они реальны по своим последствиям» Чтобы предотвратить деградацию способности восприятия и суждения, мы должны постоянно проверять, совершенствовать и обновлять набор имеющихся у нас стереотипов. Более того, следует стараться полагаться на них как можно меньше и приоритизировать анализ и синтез, а не повторяющееся мышление по образцу. Создание самоисполняющихся пророчеств – это главный метод управления человеческим поведением, в ходе которого в сознание человека загружаются выгодные внешним силам шаблоны восприятия. Умение деконструировать их (своего рода информационный иммунитет) есть тот основополагающий навык, который ограждает человека от подчинения интересам внешней среды и проживания чужой жизни вместо своей собственной.

Конспект по книге Олега Цендровского "Между Ницше и Буддой: счастье, творчество и смысл жизни". ---------------------------------------------------- XVII часть ---------------------------------------------------- ---------------------------------------------------- Что значит мыслить: природа ума и глупости ---------------------------------------------------- Человеческий ум, воспринимая информацию, подвергает ее деконструкции до составляющих элементов. Он прослеживает внутренние связи между ними и определяет, что чем является: осуществляет анализ. Одновременно с этим мозг создает новые связи как между полученными информационными блоками, так и соединяя их с уже имеющейся информацией, образуя новое знание: происходит синтез. Оно затем вновь анализируется в контексте более широкой системы данных, проверяется мера его согласования с ними, после чего оно может быть отброшено или, напротив, временно принято. Применение ума представляет собой, таким образом, непрерывный ход аналитических и синтетических процессов, а потому именно объем способности и привычки к ним является мерилом ума. Однако, как показывает опыт, анализ и синтез протекают в разных сферах и режимах, способность к каждому из которых у людей различна. По этой причине мы зачастую сталкиваемся не с умом или глупостью как таковыми, а с разными их комбинациями, с людьми, которые являются умными и глупыми одновременно, но в различных областях применения способности суждения. Хотя применение ума и сводится к одним и тем же процессам, они протекают у человека с разной эффективностью в различных плоскостях и масштабах. Привычка воспринимать способность суждения как монолит – это одна из стойких иллюзий, уже не раз подводивших человечество. Человечество, таким образом, часто ошибается дверью и обращается к столяру вместо ювелира (и наоборот) на том лишь основании, что оба, в сущности, работают руками. Вопреки народной мудрости, умный человек вовсе не умен во всем, так же как талантливый – не талантлив во всем. ---------------------------------------------------- Две причины глупости ---------------------------------------------------- Настоящее основание глупости кроется в том, что человек не привык и не умеет применять способность суждения активно и творчески. Вместо самостоятельного анализа и синтеза, составляющих естественное применение ума, на передний план выходит инертное мышление по образцу, через призму интернализированных стереотипов и алгоритмов. У глупости, есть две главные причины – внешняя и внутренняя. С одной стороны, социальная действительность не поощряет свободомыслия, поскольку состоит из множества сил, действующих в собственных интересах и конкурирующих за власть над умами, а следовательно, и их поведением. С другой стороны, мы настолько легко поддаемся глупости, так как избегаем творческого дискомфорта, неотъемлемого от работы мысли. Интеллектуальные упражнения отличаются от физических тем, что если заниматься ими всерьёз, количество вызываемого ими болезненного напряжения стократ выше, а порог адаптации расположен значительно дальше. Тем не менее и на этом поприще человек в конечном счете приближается к точке, в которой творческий дискомфорт работы мысли начинает приносить все больше удовлетворения – сложную форму счастья, пронизанного небольшими пульсирующими сгустками боли – как у альпиниста, покоряющего пик. Обрисовав природу и причины глупости, необходимо хотя бы бегло взглянуть на последствия и опознавательные признаки, присутствующие в разных людях в разной мере. ---------------------------------------------------- 1. Экзистенциальная неполноценность ---------------------------------------------------- Так как мышление глупого человека осуществляется с помощью проглоченных цельными кусками идей, алгоритмов и стереотипов, он не обладает индивидуальностью в строгом смысле слова, его как такового еще нет и никогда не было. Он обладает внешним приоритетом детерминации – его внутренняя жизнь (а следовательно, и внешняя) является проекцией чужых ценностей, подчинена не его собственным высшим интересам, а чьим-то другим. ---------------------------------------------------- 2. Уязвимость для манипуляции и конформизм ---------------------------------------------------- Недоразвитость аналитических и синтетических способностей, привычка к внешней детерминации делают такого индивида легкой добычей любого манипулятора – или же просто поплавком, гоняемым потоком повседневной жизни и приспосабливающимся к ее течению. ---------------------------------------------------- 3. Инертность и косность ---------------------------------------------------- Подавленная способность к активному и творческому анализу информационного потока есть как раз то, что делает глупого индивида таковым, поэтому его непременным спутником является закоснелость убеждений и взглядов. Основная их часть, единожды принятая на вооружение, остаётся с ним навсегда, и изменить их может лишь очередное сильное внешнее влияние, например ловкий манипулятор или пропаганда. ---------------------------------------------------- 4. Невосприимчивость к рациональному дискурсу ---------------------------------------------------- По этой причине скорректировать точку зрения глупого человека в рамках рационального диалога – это задача близкая к невозможному. Дело в том, что у него нет точки зрения как таковой, только механические (то есть мёртвые, не усвоенные организмом и не преобразованные) стереотипы, которые были усвоены в нетронутом виде. Предлагаемая альтернативная позиция бессильна уже потому, что дабы увидеть ее превосходство над имеющимися взглядами, требуется провести их сравнительный анализ, способность к каковому атрофирована. ---------------------------------------------------- 5. Селективное восприятие и склонность к подтверждению своей точки зрения ---------------------------------------------------- Из окружающего мира глупый индивид воспринимает только те факты, которые подтверждают разделяемую им позицию. Он глух к тому, что не вписывается в носимую им картину мира или же отрицает самоё существование таковых обстоятельств. ---------------------------------------------------- 6. Слепота в отношении себя: эффект Даннинга – Крюгера ---------------------------------------------------- Наконец, глупец, неспособный анализировать внешнее, пребывает в столь же полном неведении в отношении себя и в первую очередь не замечает собственной глупости. Слепота, вызванная подавлением способности суждения, мешает ему увидеть факт собственной слепоты или по крайней мере осознать ее подлинные масштабы. Этот издавна известный феномен в более узком контексте был исследован Д. Даннингом и К. Крюгером, обратившими внимание на то, как люди низкой квалификации не могут понять, насколько низкой квалификацией они обладают именно в силу своей низкой квалификации. «Леность и трусость – вот причины того, что столь большая часть людей, которых природа уже давно освободила от чужого руководства, все же охотно остаются на всю жизнь несовершеннолетними; по этим же причинам так легко другие присваивают себе право быть их опекунами. Ведь так удобно быть несовершеннолетним! Если у меня есть книга, мыслящая за меня, если у меня есть духовный пастырь, совесть которого может заменить мою, и врач, предписывающий мне такой-то образ жизни, и т. п., то мне нечего и утруждать себя. Мне нет надобности мыслить, если я в состоянии платить; этим скучным делом займутся вместо меня другие. <…> После того как эти опекуны оглупили свой домашний скот и заботливо оберегли от того, чтобы эти покорные существа осмелились сделать хоть один шаг без помочей, на которых их водят, – после всего этого они указывают таким существам на грозящую им опасность, если они попытаются ходить самостоятельно. Правда, эта опасность не так уж велика, ведь после нескольких падений в конце концов они научились бы ходить; однако такое обстоятельство делает их нерешительными и отпугивает их, удерживая от дальнейших попыток» С этой точки зрения, глупость представляет собой отчуждение человека от высших возможностей собственной способности суждения равно как телесная слабость есть оторванность от высших возможностей собственного тела. Чтобы не пасть ее жертвой или вырваться из ее душных объятий необходимо двоякое, но единое в своей сущности действие. Во-первых, требуется принять творческий дискомфорт и понять, что он не только естествен, но и полезен. В боли умственной работы рождается как сам человек, так и все великое, что ему удается создать. Если мы будем тверды на этом пути, когти мучительного напряжения будут постепенно разжиматься и дух все чаще и щедрее начнёт баловать нас за нее положительными эмоциями. Во-вторых, развивая способность к самостоятельному анализу и синтезу, мы должны превратить ее в антивирус, деконструирующий как действующие на нас чужеродные влияния, так и программы, уже глубоко сидящие внутри. В противном случае вместо того чтобы жить своей жизнью, мы будем кормить паразитарные организмы.

Конспект по книге Олега Цендровского "Между Ницше и Буддой: счастье, творчество и смысл жизни". ---------------------------------------------------- XVI часть ---------------------------------------------------- ---------------------------------------------------- Истина и познание ---------------------------------------------------- «Познаете истину, и истина сделает вас свободными» Деятельность ума лишь тогда имеет практическую пользу и смысл, если мы можем рассчитывать, что в ходе своих усилий сможем добраться до действительного положения вещей или, по крайней мере, до некоей рабочей достоверности. Истина всегда была явлением проблематичным, неопределенным, ставящим в тупик. За время существования человеческой цивилизации оформились три магистральных толкования ее природы: реализм, умеренный конструктивизм и крайний конструктивизм. ---------------------------------------------------- Реализм ---------------------------------------------------- Реализм рассматривает сознание как зеркало, которое при правильном применении способно к точному отражению существующих предметов внешней действительности, к постижению объективной реальности как она есть сама по себе. adaequatio rei et intellectus ---------------------------------------------------- Умеренный конструктивизм ---------------------------------------------------- Впрочем, нереалистичность реализма стала заметна почти сразу: ему противопоставляется критический антитезис в виде конструктивизма. Действительность не едина, а множественна, следовательно, познание всегда исходит из ограниченной части сущего. Будучи таковым, познание ограничено, и потому восприятие из одной точки всегда отличается от восприятия из другой. Сущее – перспективно: результаты познавательной деятельности зависят от сложившихся в результате развития аппарата восприятия и мышления, а также от всех индивидуальных и социокультурных особенностей познающего. Таким образом, в той или иной степени знание всегда является конструктом, продуктом личного и социально-культурного творчества, поскольку возникает на подверженной постоянным влияниям и деформациям поверхности. Одни зеркала отражают реальность лучше, другие – хуже, но ни одно не способно избежать собственных ограничений и ни одно не может вместить ее целиком. «Раз навсегда утрачивает всякий смысл требование окончательных решений и вечных истин; мы никогда не забываем, что все приобретаемые нами знания по необходимости ограничены и обусловлены теми обстоятельствами, при которых мы их приобретаем. Вместе с тем нам уже не могут больше внушать почтения такие непреодолимые для старой, но все еще весьма распространенной метафизики противоположности, как противоположности истины и заблуждения. Мы знаем, что эти противоположности имеют лишь относительное значение: то, что ныне признается истиной, имеет свою ошибочную сторону, которая теперь скрыта, но со временем выступит наружу; и совершенно так же то, что признано теперь заблуждением, имеет истинную сторону, в силу которой оно прежде могло считаться истиной» ---------------------------------------------------- Крайний конструктивизм ---------------------------------------------------- Реалисты и умеренные конструктивисты утверждают, что критерий истины состоит в соответствии между знанием и его объектом. При этом они упускают один факт: у нас нет, никогда не было и не будет доступа к каким бы то ни было объектам помимо содержания нашего собственного сознания. Когда мы заявляем о соответствии между знанием и объектом, мы по сути утверждаем соответствие между одним феноменом сознания и другим (ведь объект тоже дан нам лишь как представление, как внутренняя идея). «Мое познание, дабы считаться истинным, должно соответствовать своему объекту. Однако я способен сравнить объект с результатом своего познания только путём познания. Следовательно, моё познание должно подтверждать самое себя, что, конечно, далеко от того, что требуется для истины. Коль скоро объект вне меня, познание внутри меня, все, по поводу чего я могу вынести суждение, – это соответствует ли моё знание объекта моему знанию объекта» Действительно, в суждении, оцениваемом как истинное или ложное, связь устанавливается не между объектом и идеей, а между идеей и идеей, то есть явлениями одного порядка. Другими словами, еще раз перефразируя Канта, ум способен создать лишь отражения своих собственных объектов, но не реальных вещей, то есть вещи, какими они могли бы быть сами по себе, не могут быть познаны через эти отражения и представления. В рамках крайнего конструктивизма истина в ее классическом понимании субъект-объектного соответствия представляется совершенно невозможной, древней иллюзией и заблуждением, ибо никакого доступа к «реальности как она есть сама по себе» у нас быть не может. ---------------------------------------------------- Феноменологический конструктивизм ---------------------------------------------------- Аргументация крайнего конструктивизма непробиваема, и в наше время это стало еще понятнее. Истина как субъект-объектное соответствие, даже в смысле умеренного конструктивизма, является самопротиворечивым анахронизмом, наподобие веры в то, что Земля плоская и покоится на спинах трех китов. Но все это не несет нам никакой практической пользы, поэтому имеет смысл переосмыслить само значение истины. Первые значимые шаги в направлении создания нового понимания истины были сделаны Кантом и Ницше, а затем продолжены Гуссерлем и Хайдеггером. Ее основой представляется различие между явлением и феноменом. Явление - это элемент опыта, знание, которое в той или иной степени должно отражать «объект», реальность. Именно так наш опыт воспринимали всегда и воспринимают сейчас – как путь к чему-то «вне», как репрезентацию чего-то. Феномен - это, напротив, опыт, знание, увиденные не как отражение чего-то, а сами по себе, как самостоятельные объекты, не уходящие ни в какие потусторонние «истинные» реальности. Понятие истины должно быть основано не на мираже, не на невидимой и до конца непостижимой действительности за пределами нашего опыта, которому он должен соответствовать, а на самом этом опыте – то есть на феномене. Первичной истиной тогда является сам этот феномен, а критерием истины будет не соответствие знания объекту, а соответствие феномена феномену, в конечном счете знания знанию, о чем и писал два столетия назад Кант. Истина - это все непосредственно явленное в сфере нашего опыта, хотя его роль и смысл могут быть некорректно интерпретированы (как, к примеру, при обманах зрения). Вторично истинными могут быть сложные идеи, имеющие характер вывода, допущения и обобщения и являющиеся всегда гипотетическими – феномены второго уровня. Допустим, мы пережили яркую галлюцинацию, заставившую нас поверить в ее реальность. Но вот она закончилась, и окружающие убеждают нас, что ничего подобного не происходило. Очевидность только что увиденного встает здесь против множества других очевидностей и доводов. Оценивая ситуацию и прислушиваясь к авторитету обстоятельств, подкреплённых былым опытом, мы не отрицаем реальности пережитого, ибо оно всегда истинно. Однако мы классифицируем его как галлюцинацию, то есть иначе трактуем роль и смысл, чтобы пережитое нашло себе корректное место в структуре феноменального поля. Критерий истины , таким образом, это мера непротиворечивого соответствия каждого нового элемента знания остальным элементам опыта, и чем меньшей степенью внутренней противоречивости обладает наша картина мира, тем достовернее и надежнее она. Истины разума в феноменологическом конструктивизме носят не абсолютный характер, но представляют собой рабочую интерпретацию связей между феноменами. Истолкование это, лишённое опоры на какие бы то ни было абсолюты, является гипотетическим, ибо его достоверность держится на устройстве феноменального поля, а потому может как подтверждаться, так и опровергаться нашим дальнейшим опытом. Благодаря такой интерпретации истина и объективность освобождаются от мистификаций и от налета лишней спеси.

Конспект по книге Олега Цендровского "Между Ницше и Буддой: счастье, творчество и смысл жизни". ---------------------------------------------------- XV часть ---------------------------------------------------- ---------------------------------------------------- Как устроено наше восприятие и возможна ли объективность ---------------------------------------------------- Окружающий нас мир столь обширен и сложен, что ни одна нервная система не способна осмыслить более чем крупицу содержащейся в нем информации. Мы можем существовать лишь при условии, что упаковали реальность в узкие рамки своих возможностей восприятия – иначе мы будем этой лавиной опрокинуты. Но на основе каких принципов осуществляется это вынужденное самоограничение и можем ли мы раздвинуть названные границы? ---------------------------------------------------- Первый онтологический фильтр – врожденный аппарат восприятия ---------------------------------------------------- То, что мы способны воспринять и понять, всегда является малой толикой общей картины и является лишь немногим больше той ее части, что была важна для экологической ниши, в которой мы сформировались как вид. Не только совокупность доступных нам явлений, но и значимость для существа многих из них определена первичным онтологическим фильтром. С рождения мы считаем одни вещи более важными, нежели другие, одни притягательными – иные же отталкивающими. Половое влечение, борьба за статус и потребление напоказ, страх и агрессия, любовь и ненависть – все это выражения заложенной в нас картины мира, которая отражает биологическую историю нашего вида. Миллионы лет эволюции просвечивают через повседневное поведение человека, общественную жизнь, через образы и хитросплетения мифологии и искусства. Так, к примеру, столь широко распространенный в различных культурах образ дракона является сочетанием трех главных врагов наших предков, живших на деревьях – змеи, хищной птицы и хищной кошки. ---------------------------------------------------- Второй онтологический фильтр – бессознательная реконструкция ---------------------------------------------------- То, что мы ощущаем вокруг себя, лишь на небольшую долю основано на сигналах окружающего мира и большая часть воспринимаемой информации идет изнутри, а не снаружи. Данные наших чувств восприятия в основном состоят из материала, уже имеющегося внутри мозга, который в режиме настоящего времени конструирует опыт из хранящихся в нем шаблонов и информации. Но зачем же мозг, выражаясь фигурально, нас обманывает? Увы, он вынужден это делать ради экономии ресурсов, так как точность и корректность обходятся ему в слишком большую цену. Человеку кажется, что он полон впечатлениями от объектов внешнего мира, однако они в основном создаются внутри нас, в силу чего мы так подвержены ошибкам восприятия и когнитивным искажениям. Даже тот мизерный островок реальности, который мы воспринимаем с высокой четкостью, имеет искусственную природу – нечего и говорить об оставшихся ее частях. Периодически эта дорисовка картины мира проходит некорректно, с выбором неверных шаблонов и неверных источников данных. Мы тогда оказываемся в совсем уж иллюзорной вселенной, радикально не соответствующей действительным внешним стимулам. Не только восприятие является творческим продуктом инженерных усилий мозга, но и сама наша память, причем еще в большей мере. Повседневный опыт относится к воспоминаниям как к сравнительно неизменному и достоверному слепку с былых переживаний. Наука и самоанализ показывают, что это далеко не так, и наши воспоминания пребывают в постоянном движении – они каждый день претерпевают редактирование. То, что вы помните о неких событиях сегодня, может принципиально отличаться от ваших воспоминаний о них через год или пять лет, но вы не заметите подмены. Первая причина описанного положения вещей состоит в том, что память нужна не для отображения прошлого. Ее задача – служить инструментом для коррекции поведения в настоящем. Когда меняется наша жизненная ситуация, это проливает новый свет на уже случившееся, и мозг вносит в отчет о нем изменения. Вторая причина пластичности памяти состоит в том, что независимо от соображений полезности мозг фактически представляет собой живое существо. Память человека рассредоточена по нейронам коры головного мозга, которые постоянно перенастраивают связи друг с другом. В связи с этим постоянно происходят перемены, но и этим пластичность памяти не ограничивается – в нас присутствуют ложные воспоминания о событиях, фактах и впечатлениях, которых никогда не было. Изменить свое прошлое, таким образом, проще простого, и для этого не нужна машина времени. Это то, что происходит в нас с разной силой ежедневно. ---------------------------------------------------- Третий онтологический фильтр – сознательная реконструкция ---------------------------------------------------- Несмотря на власть бессознательного над восприятием, нельзя недооценивать вклад сознательного усилия. Оно является могущественным инструментом по формированию картины реальности. То, где находится фокус нашего внимания, сильно влияет на нашу личную онтологию и редактирует сам набор входящих в нее объектов восприятия. Мы постоянно пропускаем реальность через фильтры. Сосредотачиваясь на чем-то, мы подчас не обращаем внимания даже на бросающиеся в глаза вещи, и они для нас все равно что не существуют. Еще ощутимее, чем положение фокуса внимания, действительность меняют потребности, ценности и цели, которыми руководствуется индивид. Стремится ли человек к власти, богатству, статусу, хочет ли он изменить мир к лучшему, познать секреты природы или же жаждет любви конкретного человека – каждая конкретная совокупность и иерархия его установок определяет интерпретацию опыта и, следовательно, сам его мир. ---------------------------------------------------- Объективность? ---------------------------------------------------- В свете сказанного становится очевидно, что на понятии объективности в ее строгом смысле можно поставить крест. Если мы и допустим существование вещей самих по себе, доступ к ним невозможен по той простой причине, что познание всегда исходит из ограниченной части сущего, из некоей перспективы. Между тем это вовсе не означает, что все точки зрения равнозначны, что истины нет в смысле наивного бунтарства или постмодернистской философии. Мыслить объективно, быть объективным означает не прикасаться к реальности самой по себе, но честно и критически применять свою способность к анализу на доступном нам уровне. Истины, которые мы обретаем в итоге развития своего понимания и знания, являются все более надежными объяснительными и предсказательными инструментами с меньшим количеством внутренних противоречий. Объективность, на которой мы остановили разбор, действительно условна, но это не делает все в мире «субъективным» в понимании равноправия, равноценности и произвольности любых утверждений. У нас есть вполне надежные критерии для отделения достоверного знания от недостоверного, без которых существование было бы невозможно, и чтобы сформулировать их, требуется обратиться к проблеме истины.

Конспект по книге Олега Цендровского "Между Ницше и Буддой: счастье, творчество и смысл жизни". ---------------------------------------------------- XIV часть ---------------------------------------------------- ---------------------------------------------------- Быть, а не казаться? ---------------------------------------------------- Когда человек впервые трезво оценивает реалии жизни, он обнаруживает всю абсурдность человеческого существования. Он осознает, что все фундаментальные желания, которыми нас наделило мироздание, представляются в комплекте с большими препятствиями для их реализации. Мы хотим утолить голод желания, но желание бесконечно; жаждем счастья – и созданы машинами страдания; тянемся к смыслу – наши пальцы хватают руками воздух. Нам нужна истина – ее нет; стремимся к свободе – наталкиваемся на осознание всесторонней зависимости. Мы пытаемся вырваться из собственного одиночества и обрести понимание – тщетно. Наконец, мы хотим стать лучше – и обнаруживаем, насколько тяжело дается каждый шаг вперед, если дается вообще. В ходе попыток разрушить эти препятствия нам тотчас же становится очевидно, что многие из названных препятствий являются не природным наследством, а социально-культурной заразой. Экономическая подсистема хочет использовать нас как потребителей и производителей, ей нет и не может быть дела до индивида. Счастливая и творчески независимая личность для экономики губительна – такие люди мало покупают и не готовы столько работать на Большого Брата. Политическая подсистема, в свою очередь, видит в нас инструменты борьбы за власть. В сфере же культуры и идеологии (лишь внешне отличающихся от политики) кипит постоянная борьба за контроль над мировоззрением, за то, кто первый инсталлирует в нас тот или другой алгоритм и удалит программное обеспечение конкурентов. Из этого очевидно, что подлинные интересы индивида не только не являются целями как общества, так и составляющих его отдельных людей, но часто прямо противоречат им. На пересечении внешних и внутренних препятствий возникают три иллюзии, поддержание которых сдерживает наше движение вперед. ---------------------------------------------------- Онтологическая иллюзия ---------------------------------------------------- Внешние силы по своей природе стремятся подчинить человека и помешать ему быть собой, поскольку это несовместимо с ролью орудия, необходимого для воплощения их интересов. Для этого на то место, где могла бы зародиться личность, внедряется набор паразитарных идей и инструкций – формируется то, что можно назвать приоритетом внешней детерминации. Поведение человека определяется загруженными в него и некритически усвоенными ценностями, представлениями и образцами поведения. Человек, заражённый идеологическими вирусами, существует не по-настоящему, а лишь условно, он является бессильным продуктом традиции, религии, общественного мнения и условностей, государства, рынка, диктатора – любых внешних влияний. Важно понимать, что описываемые здесь манипуляции ни в коем случае не ограничиваются действиями больших игроков политической, экономической и культурной арены. Даже в общении с отдельным человеком мы постоянно можем заметить попытки заронить в нас определенные идеи, вызывать определенные чувства и поступки. Человек искренне считает своими собственными представления, привычки и алгоритмы, поскольку не критически усвоил их. Единственный способ для человека быть, а не казаться – это самому стать дизайнером своей жизни до той степени, до которой это возможно. Для этого необходимо творчески собирать свою вселенную из кирпичиков внешнего опыта, вместо того чтобы забирать материал для нее огромными готовыми блоками. Каждый из них должен подвергаться анализу и разбору на составные части для нового синтеза впоследствии. Разумеется, попытки обрести свободу могут привести нас в конфликт с силами, которые поддерживают и воплощают всеобщую зависимость. «человек, который внутри себя начинает создавать свой собственный, независимый мир, рано или поздно становится для общества инородным телом, становится объектом для всевозможного давления, сжатия и отторжения» Тем не менее только будучи готовыми на эти издержки (часто, впрочем, совсем небольшие) мы начинаем существовать в уникальной, живой, постоянно отстраивающейся реальности. ---------------------------------------------------- Социальная иллюзия ---------------------------------------------------- «К чему бы свелось твое счастье, солнце, если б не было у тебя тех, кому ты светишь!» Стремление к одобрению принадлежит к числу базовых инстинктов, оно оправданно и эволюционно, и прагматически. Наш образ, отраженный от чужих глаз, возвращается назад возвеличенным, дарит приятное ощущение прироста силы и будто бы доказывает, что мы успешны и на верном пути. Социальное одобрение - это простейший и одновременно мощнейший вектор реализации воли к власти, сильнейший наркотик, дарящий эйфорию. Все социальные маневры, осознает то индивид или нет, представляют собой разные способы повлиять на имеющийся у других образ нас самих, иными словами, суть формы позёрства и рисовки. Жаждущий сверкать в чужих глазах, голодный до славы, уважения и любви приспосабливает свое существование под текущий рыночный спрос. Он усваивает рыночную динамику спроса и предложения и меняет свое существо, ценности, взгляды и образ жизни в соответствии с тем, что, как ему кажется, гарантирует успех в публичном пространстве. Вновь происходит смещение центра детерминации вовне и жизнь оказывается подчинена чужому мнению, прыгающему курсу валют, моды, вкусов, взглядов – силам, чуждым и обычно враждебным нашим высшим интересам. Главное выражение поисков социального одобрения – это потребление напоказ, этот акт воспринимается человеком личным достижением, доказательством социального, материального и даже интеллектуального успеха. Человек с приоритетом внешней детерминации утрачивает возможность полноценно проявлять свою творческую природу, становится проекцией усвоенных представлений о том, что необходимо, дабы пользоваться успехом и одобрением. Он постоянно старается пустить пыль в глаза окружающим и сам оказывается ими систематически обманут, создавая над онтологической иллюзией еще одну искусственную надстройку. Не нужно, впрочем, пробовать отказаться от потребности в социальном одобрении. Все, чего мы достигнем на этом пути – самообмана касательно того, что нам это удалось. Секрет, как и практически во всем в жизни, состоит в выборе форм и дозировок, а также понимании того, чьё одобрение действительно что-то значит. Хитрость, которой пользовались самые радикальные и независимые представители человеческого мира – находить удовлетворение во взгляде воображаемого «Другого», чей образ часто таил за собой уже умерших, еще не родившихся или так и не встреченных «понимающих людей». Высший суд «понимающего Другого» является по своей природе объективацией наших собственных идеалов, мы обманываем наше бессознательное, удовлетворяя потребность в социальном одобрении, в действительности же получая лишь свое собственное. Совсем не обязательно и, возможно, даже не желательно следовать их путем. Не следует рассчитывать отказаться от тяги производить впечатление на других людей, от потребности казаться чем-то, чем мы не являемся. Это невозможно. Что реализуемо, однако, так это трезво видеть ее, держать под контролем и тщательно выбирать конкретные формы без ущерба своим высшим интересам и свободе. ---------------------------------------------------- Психологическая иллюзия ---------------------------------------------------- Человеческий мир был бы прям, честен и светел, если бы ложь царила лишь вовне, но их главное место обитания всегда в нас самих. Инстинктивно привыкшие водить за нос других, мы достигли непревзойдённого мастерства в искусстве самообмана. Не имея мужества трезво взглянуть на самого себя, на подлинные источники наших желаний, реакций и решений, на осознаваемый долг перед собой, мы стыдливо отворачиваем глаза и прячем правду за приукрашивающими нас историями или вовсе пренебргеаем ею. Это обеспечивает шаткий психологический комфорт и спасает от усилия, но дорогой ценой. Интеллектуальное позерство и жажда одобрения наряжаются любовью к истине, знанию и культуре. Стремление почувствовать собственную значимость и погреться в лучах общественного признания облачаются в рясы сострадания и благотворительности. Дикая и неутолимая тяга к власти и садистскому контролю, толкающая многих людей в политику и правоохранительные органы – в заботу об общественном благе. Ложь, которую мы рассказываем себе, точно так же, как и ложь, воспринимаемая нами извне, является формой внешней детерминации. Нашим поведением начинают управлять чуждые нам и нашим высшим интересам конструкции, препятствующие росту и подлинному счастью и открывающие нас для все новых манипуляций. «слепота человека в отношении самого себя, отказ трезво видеть движущие им силы и их специфическую механику есть коренная причина неврозов и основной фактор, мешающий становлению личности и ее творческой реализации» Всегда, когда мы выстраиваем свою жизнь на внешней детерминации, мы подчиняем ее основаниям, противоречащим высшим возможностям нашей жизни. Первая иллюзия, онтологическая, это сам не оформившийся индивид, который существует лишь условно, на деле же представляя собой носителя идеологических кодов своей среды. Вторая иллюзия, социальная, возникает из миражей, которые мы творим и потребляем в поисках одобрения и попытках произвести впечатление на своих ближних, благодаря чему жизнь оказывается в зависимости от рыночного спроса и чужих ожиданий. Третий же и последний рубеж пролегает внутри нашего существа и соткан из лжи, которой мы опутываем себя, чтобы избежать столкновения с истинами, кажущимися нам горькими и неудобными, увильнуть от творческого дискомфорта и борьбы с собой.

Конспект по книге Олега Цендровского "Между Ницше и Буддой: счастье, творчество и смысл жизни". ---------------------------------------------------- XIII часть ---------------------------------------------------- ---------------------------------------------------- Как разобраться в себе и есть ли у нас призвание ---------------------------------------------------- «Познай самого себя» Для жизни каждого из нас первостепенной задачей является знание и общечеловеческой природы, и индивидуальной психической конституции. Что касается первой из них, понимание механизмов работы человеческого сознания, условий продуктивности и счастья дает нам возможность корректно сформулировать основные долгосрочные цели и ценности, выстроить маршрут и расставить приоритеты. Прояснение глубинной природы человека есть краеугольный камень самопознания, без которого всю постройку ждет неминуемое обрушение. Вместе с тем здесь нас в первую очередь интересует следующая ступень – попытка пролить свет на тот своеобразный набор склонностей и предрасположенностей, что характеризуют лично нас. Только жизнь, выстроенная с учетом этого своеобразия, может раскрыть свои высшие возможности, и самое важное, в чем надлежит разобраться, это определение основного вида деятельности, сферы творчества для самореализации. Именно это подразумевается, когда речь заходит о нахождении своего «призвания» и «поисках себя». Созидание, прогрессивное движение к значимой и амбициозной цели есть живая основа полноценного человеческого существования – они обеспечивают вдохновение, ощущение осмысленности, стимулируют наш личный рост и лежат в основе счастья. Определение предпочтительной формы деятельности и формирование условий для сосредоточенного и беспрепятственного занятия ею являются потому первейшими жизненными приоритетами. Можно утверждать, что пока мы не организовали свое личное и социальное существование вокруг избранной формы творчества и не нашли возможность зарабатывать им (в противном случае нам придется отдавать огромный объем своих сил чему-то второстепенному), остальные задачи носят побочный характер. ---------------------------------------------------- I. Моменты максимальной осмысленности ---------------------------------------------------- Когда мы сталкиваемся с чем-то, к чему чувствуем природное тяготение, это вызывает выраженную нейробиологическую реакцию – наш мозг отвечает дополнительной выработкой гормонов и нейромедиаторов, важнейшими из которых в данном случае являются дофамин и норадреналин. Внимание обостряется и фокусируется, мы испытываем повышенный интерес, возрастает уровень энергии и ощущается умеренный прилив положительных эмоций. Происходит частичное растворение «Я» в объекте внимания, мы погружаемся в нечто внешнее и сливаемся с ним, чувство времени искажается и до некоторой степени утрачивается, происходящее переживается как максимально осмысленное. Все наше существо сигнализирует – мы находимся как раз там, где и должны быть. «наше назначение, распоряжается нами, даже когда мы еще не знаем его; будущее управляет нашим сегодняшним днем» Чтобы расшифровать идущие изнутри сигналы, нужно внимательно понаблюдать за собой в течение дня, недели, месяца, года. Обратите свой взгляд в прошлое. В каких ситуациях, при каких видах созидательной и познавательной деятельности вы чувствовали себя более всего на своем месте? Что чаще всего наполняло вдохновением, энтузиазмом и смыслом и не оставляло чувства вины за потерянное время? Велика вероятность, что это и есть то, что называют высокопарным словом «призвание», или одно из призваний, каковых может быть и несколько. Можно взглянуть на то же явление и с иного ракурса – с точки зрения долговременных интересов. Нам следует теперь уделить внимание собственному сознательному тяготению. Какие интересы проходят через всю нашу биографию? Какие дали о себе знать уже очень рано и оказались наиболее стойкими, какие занятия волновали и побуждали к действию? Нужно, впрочем, сделать оговорку, что не всегда в подобные моменты духовного подъема все было легко, лишено последующих спадов, неудач и разочарований. Они могли быть и должны были быть связаны с напряжением сил, чреваты последующим опустошением. ---------------------------------------------------- II. Герои и антигерои ---------------------------------------------------- Далее, есть еще одно вспомогательное средство – необходимо составить список людей настоящего и прошлого, к которым мы испытываем наибольшее уважение и восхищение. Что есть между ними общего? Какие качества объединяют их? На каких поприщах они трудились и трудятся? Подробный ответ на эти вопросы и анализ обнаруженных точек пересечения позволит приблизиться к пониманию своего интуитивного и зачастую имплицитного идеала. Имеет смысл подойти к проблеме и с обратного конца. Какие черты личности, какой образ жизни вызывают и всегда вызывали инстинктивное отторжение, неприязнь, осуждение? Их противоположность укажет на направление, в котором для вас естественнее всего двигаться. ---------------------------------------------------- III. Разговор с самим собой ---------------------------------------------------- «Я создан давать мудрые советы – и вести себя как последний дурак» Люди всех эпох с изумлением замечали тот парадокс, что другому мы способны помочь куда лучше, чем себе. Планируя собственную жизнь и пытаясь сделать важный выбор, человек будто глупеет; он оказывается отделён от возможностей своей способности суждения. Происходит это из-за того, что префронтальная кора мозга, где принимаются решения, буквально трещит под натиском сигналов от разных потребностей и программ поведения. Каждая в меру своих сил старается пустить ей пыль в глаза и перетянуть одеяло на себя, так что все искажения восприятия включаются на полную мощность. Накал желания возрастает, и как обычно, это не приводит ни к чему хорошему. Давая советы себе, мы выступаем лицом чересчур заинтересованным и предвзятым. Если же жизненный совет мы даем безразличному нам незнакомцу, то наш интерес уже слишком слаб. Мы не будем стараться вникнуть в тонкости чужой ситуации и потому едва ли будем полезны. Хороший совет, насколько мы на него способны, мы дадим только человеку, к которому искренне расположены и желаем блага всем сердцем. Для нашей силы желания он находится на срединной дистанции между недостаточной и чрезмерной вовлечённостью, а она, как мы уже неоднократно могли убедиться, зачастую оптимальна. Хорошая новость в том, что это наблюдение мы можем использовать, чтобы очистить несколько слоев искажений восприятия. Для этого требуется лечь, закрыв глаза, и вообразить сцену, напоминающую сеанс с психоаналитиком: как ваше старшее и более мудрое «Я» сидит в полутемной комнате напротив вас же, каким вы являетесь сейчас. Необходимо спроецировать свою личность вовне, представить ее кем-то чужим и отнестись как к тому, кого вы по-отечески любите. Тогда мешавшие вам нейронные сети, пытавшиеся пропихнуть свою повестку дня, потеряют бдительность и разожмут хватку. Нужно представить собственную жизненную ситуацию извне, будто бы в ней находится посторонний, но глубоко симпатичный вам человек. Займите мысленно положение «советчика» и проанализируйте ситуацию сидящего перед вами человека, попробуйте помочь ему ответить на стоящие перед ним вопросы и разрешить проблемы. Поразительный факт человеческой психологии – если задать себе вопрос таким образом, вы почти всегда и довольно быстро получаете ответ. Не стоит относиться к этому совету как к истине в последней инстанции – он может быть и ошибочным. Как правило, однако, он куда вернее тех, когда собственные психические силы делают наши оценки невзвешенными и пристрастными. Разумеется, приведенные способы не безотказны, и случается, что люди не в состоянии различить что-то за что можно было бы уверенно уцепиться. Чтобы это удалось, нужно прислушиваться к себе внимательнее: время от времени всем даруются описанные выше моменты духовного подъема и интенсивной осмысленности, давая бесценные подсказки. Столь же полезно провести анализ жизни и черт других людей, того, что вызывает в нас наибольший положительный или отрицательный отклик – это может многое рассказать человеку о себе. И в-третьих, в моменты колебания нужно говорить с собой и научиться верить тому, что слышим в ответ. Посредством подобной троякой умственной работы мы всегда делаем большие шаги на пути самопознания и выходим на верный след в понимании наиболее подходящей нам жизненной роли.

Конспект по книге Олега Цендровского "Между Ницше и Буддой: счастье, творчество и смысл жизни". ---------------------------------------------------- XII часть ---------------------------------------------------- ---------------------------------------------------- Время, смерть и три урока от Будды, Ницше и Хайдеггера ---------------------------------------------------- Ранее мы рассмотрели полицентрическое устройство человеческой психики, которая в каждый момент времени есть арена противостояния различных сил, результат коего и есть «мы». Столь же множественной личность является и во времени, поскольку каждый новый миг знаменует новое распределение фигур на шахматной доске нашего бессознательного, зачастую совсем не похожее на то, что ему предшествовало. Именно это наблюдение и ставит нас лицом к лицу с феноменом смерти, позволяя увидеть парадоксальный факт, что сама жизнь, будучи непрерывным изменением, есть и непрерывное умирание. Смерть есть не то, что ждет нас в будущем, она есть само время во плоти – то, что происходит в данную секунду и происходило уже столько раз. Чувства и мысли, взгляды и привязанности, впечатления, целые биографические эпохи и наши былые личности уносятся куда-то под мерное биение часов – от них остается лишь искаженная сознанием дымка воспоминаний да истертые фотокарточки; все в этом мире ложится под непрерывно работающий мясницкий нож. Время и смерть необоримы, но пессимистическое восприятие их неустанной работы, сопротивление и страх перед несомыми утратами и той главной, окончательной утратой являются следствием искажённого и неполного понимания их сущности. ---------------------------------------------------- I. Будда: пребывание в потоке трансформаций ---------------------------------------------------- Первым, кто распознал единство жизни и смерти и положил его в самое основание духовной практики, был Будда. Он выделил у реальности три фундаментальные характеристики. Во-первых, это непостоянство: стремительная смена и перетекание элементарных психофизических состояний. Во-вторых, безличность: нет никого, кто эти состояния бы переживал, нет цельного и неизменного субъекта, только условное представление о его существовании, возникающее время от времени наряду со многими другими. В-третьих, страдание: иллюзорный субъект, цепляясь за уносящиеся прочь или еще не возникшие феномены, испытывает мучительную неудовлетворённость. Нельзя ничего сделать с непостоянством и безличностью, однако страдание можно преодолеть. Для этого требуется осознать и принять неизбежность первых двух фактов и слиться с ревущим потоком перемен, не сопротивляясь ему. Мы должны принять себя тем, чем мы и являемся – стихией трансформации, и это снимет бессмысленное страдание и страх, порождаемые трением наших заблуждений об эту основополагающую истину. Неся непрерывную смерть, трансформация дарит и непрерывное рождение – возможность проживать множество жизней вместо одной, увидеть мир разными глазами и ракурсами и примерить на себя новые роли. ---------------------------------------------------- II. Ницше: управление преемственностью мгновений ---------------------------------------------------- Мы должны научиться так пребывать в настоящем, чтобы создавать условия для его новых благих рождений. В качестве простого примера: те удовольствия жизни, которые лишь приятны и почти лишены продуктивного содержания, тают безвозвратно, передавая в будущее лишь тусклые мысленные миражи. Они как будто и не существовали вовсе, подобно съеденному год назад обеду. Их наследство очень невелико, а нередко бывает разрушительным, создавая растянутый на большие временные отрезки негативный причинно-следственный заряд. Напротив, те радости, которые оказывались одновременно и полезны, пребывают с нами через свои результаты, тем, как они меняют нас и внешние обстоятельства жизни. «Полезное стоит выше приятного, так как оно косвенным образом достигает приятного, причем на длительное время, а не на мгновение, или же стремится создать базис для приятного, например здоровье» Конструктивные виды деятельности прошлого, и в первую очередь очищение и настройка своего сознания, обладают мощным накопительным эффектом и присутствуют через него в настоящем. Если немного перефразировать Эпикура, удовольствия бывают приятные и полезные, приятные и бесполезные, приятные и вредные. Не стоит впадать в максимализм и думать, что следует стремиться к исключению последних двух видов. Для них всех, несомненно, есть свое время и место. Искусство состоит в отыскании должной меры, гармоничного баланса между ними. Предательство себя и своих творческих инстинктов, слабость и расхлябанность лишают текущий миг полноты и счастья, одновременно формируя движущийся вперед разрушительный причинно-следственный импульс. Напротив, верность своим высшим возможностям и работа над собой этот миг наполняют и вместе с тем меняют ко благу сам процесс претерпеваемых нами трансформаций, нашу жизнь и смерть в их единстве. ---------------------------------------------------- III. Хайдеггер: смерть как путь к подлинности ---------------------------------------------------- «Самое страшное из зол, смерть, не имеет к нам никакого отношения, так как когда мы существуем, смерть еще не присутствует, а когда смерть присутствует, тогда мы не существуем. Таким образом, смерть не имеет отношения ни к живущим, ни к умершим, так как для одних она не существует, а другие уже не существуют» С одной стороны, мы понимаем, что каждое мгновение и каждое живое существо подвергаются этой «окончательной» смерти ежесекундно. С другой же они передают вперед причинно-следственный импульс, из которого рождается новое состояние бытия. Так называемая окончательная смерть не меняет в этом отношении ничего и так же передает вперед импульс, из которой рождается нечто новое. Страх перед собственной конечностью и сопротивление ей порождаются когнитивными искажениями, осознание которых имеет множество преимуществ и помимо избавления от бессмысленного страдания. За счет конечности жизнь приобретает остроту и интенсивность. Время и смерть придают значимость существованию и отдельным его мгновениям и событиям в свете знания, что вскоре они будут утрачены. Это не означает, что за них следует цепляться, так как это безнадежно и излишне, но необходимо оценить их недолгое бытие по достоинству. Урок смерти потому еще и таков: не теряй времени даром, воздай должное текущему мгновению и позаботься о том, чтобы оно в своей полноте оставило хорошее наследство. В противном случае накопленная инерция всех этих потраченных впустую или во вред мгновений и созданных ими негативных причинно-следственных импульсов будет так велика, что всякое наше настоящее окажется ими омрачено.

Конспект по книге Олега Цендровского "Между Ницше и Буддой: счастье, творчество и смысл жизни". ---------------------------------------------------- XI часть ---------------------------------------------------- ---------------------------------------------------- Одиночество ---------------------------------------------------- Чувствуя одновременное родство и отчуждённость, мы хотим преодолеть последнее и испытываем потребность в самотрансценденции – в преодолении границ своего «Я», потребность пребывать в живой связи с другими существами и с бытием в целом. Слияние приносит чувство комфорта и защищенности; оно же укрупняет масштаб нашего существования, наделяя его через протянутые вовне связи намного большим значением. Там, где связи эти переживаются как недостаточные, а это почти неизбежно так, возникает чувство одиночества, и имеет оно много форм и обличий в зависимости от типа единения, в котором ощущается нехватка. ---------------------------------------------------- Моральное одиночество ---------------------------------------------------- Ощущение одиночества и пустоты жизни коренятся в недостатке единения с другими людьми намного реже, чем это может показаться. Дабы чувствовать наибольшую осмысленность, счастье и вовлеченность в жизнь, человеку – прежде всего – нужно понимание собственной природы и прочная связь с ведущими его вперед созидательными целями и ценностями. Когда он отделен от этого невежеством, ленью и страхом, его неизбежно угнетает тоска и чувство изоляции. Создается впечатление, будто ему не хватает какого-то более тесного контакта с другими, настоящей дружбы или большой любви. Но нет, ему недостает чего-то более важного – связи с тем, кем он мог бы быть и должен быть, причём не когда-то в будущем, а в данный конкретный момент. Ему не хватает не другого, а самого себя, что порождает глубинную тревогу и попытки заглушить неудовлетворенную совесть через слияние с людьми. Именно такая само-изоляция и есть причина «одиночества», мучающего большинство людей, и от него нельзя исцелиться компанией. Пытаясь заполнить людьми пустоту, царящую на том месте, где должны быть иные центры притяжения, мы терпим поражение. Эрих Фромм в книге «Бегство от свободы» называл подобную оторванность человека от высших возможностей его жизни, от ответственности и созидательной деятельности моральным одиночеством. ---------------------------------------------------- Онтологическое одиночество ---------------------------------------------------- Мы одни – по самому фундаментальному способу своего бытия, и даже если существует нечто, помимо развёрнутого в нашем уме поля опыта, оно достигает нас лишь пропущенным через эту призму и потому все равно является в значительной части «нами». Верно одно из двух: либо ничего кроме сознания не существует, либо все воспринимаемое оказывается преломлено и кардинально трансформировано им. Даже в последнем случае говорить о связи с объективным миром, коли он и вправду есть, можно лишь косвенно и спекулятивно. Какой бы позиции мы ни придерживались, факт заключенности внутри собственного сознания, его уникальных опытов и переживаний, кажется очевидным. «Мы живем вместе, мы совершаем поступки и реагируем друг на друга, но всегда и во всех обстоятельствах мы – сами по себе. На арену мученики выходят рука об руку; распинают же их поодиночке. Обнявшись, влюбленные отчаянно пытаются сплавить свои изолированные экстазы в единую самотрансценденцию; тщетно. По самой своей природе каждый воплощенный дух обречен страдать и наслаждаться в одиночестве. Ощущения, чувства, прозрения, капризы – все они индивидуальны и никак не передаваемы, если не считать посредства символов и вторых рук. Мы можем собирать информацию об опыте, но никогда не сам опыт. От семьи до нации, каждая группа людей – это общество островных вселенных» Медитации над онтологическим одиночеством привели буддистов и экзистенциальных философов к осознанию его пользы. Если счастье и несчастье, успех и неудача, вообще все, с чем мы сталкиваемся, полностью или частично продукт умственной деятельности, то наша власть над собственной жизнью значительно больше, нежели мы привыкли считать. Раз мы одни, то противоестественно укрываться от своей свободы и применения способности суждения в другом, в авторитете, в идеологии, в религии, в толпе. «Человек обречен быть свободным» Он обречен преодолевать муки и дискомфорт выбора и ответственности за определение хода собственной жизни – за то, чтобы осознанно быть уникальным, каким он в действительности и является, а не марионеткой сил окружающей действительности. Наше онтологическое одиночество тождественно нашей свободе и нашей индивидуальности. Мы существуем только потому, что мы одни, и мы одни как раз в силу того, что мы существуем – именно как мы сами, а не как кто-то другой. ---------------------------------------------------- Социальное одиночество ---------------------------------------------------- Человеческая природа настроена на то, чтобы подталкивать нас к бытию в группе, и бороться с этим бывает непросто, а зачастую и незачем. Изоляция от группы или тем более изгнание из нее вызывает то, что нейробиологи последних десятилетий называют социальной болью. Она связана с отрицательными переменами внутригруппового статуса и локализуется в той же области мозга, что и боль физическая. ---------------------------------------------------- Эмоционально-духовное одиночество ---------------------------------------------------- Порой нам недостает простого физического присутствия других, включенности в группу, какой бы она ни была. Вместе с тем постоянно случается, что чем больше людей нас окружает, тем больше мы ощущаем главную и наиболее болезненную форму одиночества – нехватку взаимопонимания и эмоционального контакта. I. Для человека естественно желание понимать и быть понятыми, со-переживать, со-страдать и со-радоваться, однако в здоровой системе потребностей оно занимает не столь уж большое место. Эмоционально-духовное одиночество приобретает преувеличенные масштабы под воздействием иных причин, не относящихся напрямую к нему самому. Антидот в этом случае носит троякий характер, и прежде всего, нужно разобраться, что действительно вызывает это болезненное состояние. Заняты ли мы пониманием и положительной трансформацией собственной психики, имеются ли у нас мощные центры притяжения творческой энергии в виде внутренних и внешних целей, соразмерных нашим возможностям? Если нет, то тяга к близости – это жульнический и обреченный способ увильнуть от преодоления морального одиночества. Стоит выправить перекошенную структуру своей жизни, вложив в это достаточный объём времени и усилий, как это чувство, ошибочно принимаемое нами за желание взаимопонимания и сопереживания, пойдёт на убыль и в конечном счете исчезнет. Одновременно это откроет возможности для отношений с другими людьми уже на новых и здоровых основаниях. В современном мире люди стараются укрыться от самих себя, от благого дискомфорта внутренней и уединенной работы, в ходе которой личность единственно получает шанс сформироваться, реализоваться, сбыться. Это бегство от формирующего нас одиночества, от напряжения, от свободы, от вопросов, что начинают возникать в голове, когда она ничем не отвлечена, от проблем, требующих формулировки и разрешения. Пройдите между рядами столиков в ресторанах и барах, взгляните на эти скучающие, а сейчас все чаще вперившие взгляд в экраны лица. Как трудно бывает поверить, что они действительно, взаправду хотят там быть. Даже их смех отдает какой-то тоскливой глухотой, как пустой бак; это кажется вынужденной мерой, принуждением к развлечению и зарыванием головы в песок. Избегающие уединения и до чрезмерности общительные люди есть сплошная упущенная возможность – они будто не существуют на самом деле и производят впечатление призраков при сколь-нибудь близком знакомстве, как бы просвечивая насквозь. Время и энергия, которые следовало потратить, чтобы стать кем-то, чтобы познать себя, чтобы создать себя, оказались спущены по водостоку праздного чесания языком и совместного времяпрепровождения. Можно было бы назвать такое бегство от уединенности формой медленного самоубийства, но все куда хуже – это препятствие собственному рождению, растянувшийся на всю жизнь аборт. Если нас интересует продуктивность, умственное и духовное развитие, богатство жизненного опыта в целом, тогда баланс психики должен быть хоть немного да смещен в сторону интроверсии. В сегодняшнем мире, однако, активнее всего транслируется противоположный идеал – идеал невротической общительности, склонность к которой усиливается как технологиями, так и массовой культурой. Это образ жизни из американской молодежной комедии, где люди весело отрываются с друзьями, путешествуют, делают карьеру, зарабатывают и тратят деньги, прожигая дни и годы и живя сугубо «внешней» жизнью. По существу, эта активность есть предельная форма бездействия, поскольку исключает высшие виды созидательной деятельности, рождающиеся из избегаемого ими внутреннего напряжения. Не стоит прельщаться событийной насыщенностью потребительской экстраверсии – она такова лишь на картинке, за изнанкой коей стоит неудовлетворенный индивид. Он чувствует, что ему чего-то остро не хватает, и потому ищет новых развлечений, отвлечений и впечатлений. Поиски эти тщетны, ведь потребление никогда не дарит желанной осмысленности и полноты – они возможны лишь в творчестве, в том числе в работе над собственной личностью как его важнейшей форме. Творчество же нуждается в известной доле необщительности и в воле к периодам одиночества. II. Вторая по частоте причина, по которой люди тяготятся одиночеством, это надуманные ожидания касательно того, как должна выглядеть человеческая жизнь. Многие полагают, что обособленность и дистанция между индивидами есть неудачное стечение обстоятельств и потому – повод для страданий. Но проблема кроется в том, что сокращение дистанции между люди может быть лишь частичным, и всегда, когда это происходит всерьез, это редкий дар, за который стоит быть благодарным, а не воспринимать как норму; ею оно не является и, более того, не должно являться в наших же интересах. Уединение просто неотъемлемо от периодов взрывного личного роста и трансформации личности, от подлинного художественного и научного творчества, от интенсивного размышления как такового. Все это чрезвычайно энергоемкие и хрупкие процессы, и тот, кто не умеет расчистить для них пространства, не имеет никаких шансов всерьез что-то поменять внутри себя. Одиночество тогда лишь опустошает и ослабляет нас, когда мы бежим от него, заместо того чтобы органически воспринять и воспользоваться. Интеграция одиночества не означает отказа от установления связей с людьми и миром, но предполагает понимание необходимости для счастья, осмысленности и всякого существенного движения вперед некоторой обособленности от других, умения отстраниться и уединиться. Некоторые мосты не могут быть наведены окончательно, не должны быть наведены окончательно, а другой не в состоянии спасти нас от пустоты и страдания, порожденных совсем иными причинами. III. Последняя и наиболее очевидная сторона антидота – это более вдумчивый выбор тех, с кем для вас возможно добиться настоящей и глубокой взаимосвязи, а также сознательная установка на это. Общение, вообще отношения с другими людьми есть крайне недооцененные искусства: мы привыкли, что они должны развиваться своим чередом и не нуждаются в какой-либо компетентности и усилиях. Мнение это ошибочно; если мы хотим установить глубокий контакт с другим человеком, мы должны быть на то внутренне настроены, должны быть готовыми и уметь выстраивать отношения не на песке и одних лишь поверхностных точках соприкосновения. Их фундамент должен пролегать на уровне самого важного для обоих людей. Одна из причин, почему сейчас это удается все тяжелее, объясняется некоторыми особенностями восприятия. Дело в том, что наше отношение к людям подчиняется тем же базовым принципам оценки, что и отношение к любым предметам. Дефицит и редкость возносят и несправедливо возвеличивают ценность объекта. Избыток – а в особенности чрезмерность – значительно снижают ее, равно как и желание вступать с ним в какое бы то ни было серьезное и осмысленное взаимодействие. Чем гуще и душнее толпа, тем ниже цена одного контакта. Люди становятся все более взаимозаменяемы, мотивация и вероятность установить глубокую связь падают – все это подпитывает чувство одиночества. «Никогда я не бываю менее одинок, чем когда остаюсь один» Все описанные здесь формы одиночества есть неудовлетворенная потребность человека во взаимосвязи с чем-то. Моральное одиночество – это отчуждение от нашей творческой энергии, которая лишена опор в виде прочных установок по преобразованию себя и окружающего мира. Едва ли не каждый человек на свете, испытывающий одиночество и полагающий, что ему не хватает связи с другими живыми существами, заблуждается на этот счет. Путь преодоления морального одиночества состоит из самопознания, самоосвобождения и самосозидания. Онтологическое одиночество – это сама наша индивидуальность и неповторимость, отличие от окружающего мира и несводимость к нему. Причиной для страдания оно становится, лишь если мы неверно понимаем природу этого фундаментального обстоятельства, подходим к нему с ложными ожиданиями. Мы считаем желательным преодоление того, что является условием существования нас самих и всего мира, редко осознавая, что чем более мы едины и тождественны с бытием, тем ближе к смерти, к личному несуществованию. В этом смысле мы одиноки в этом мире – и это означает, что мы существуем, а не растворены в безликой гомогенной массе. Мы одни – и это означает, что мы свободны и полновластны. Мы одни – и это означает, что наш опыт уникален, ибо неповторим и непередаваем. Неумение использовать положительное содержание одиночества, непонимание его природы и сопротивление сдерживают нас и мешают счастью. Это же в полной мере справедливо в отношении двух других основополагающих феноменов с довольно дурной репутацией: времени и смерти.

Конспект по книге Олега Цендровского "Между Ницше и Буддой: счастье, творчество и смысл жизни". ---------------------------------------------------- X часть ---------------------------------------------------- ---------------------------------------------------- Свобода и ее (не)возможность ---------------------------------------------------- Свобода – одно из самых парадоксальных и проблематичных явлений как для человеческой мысли, так и истории. Вместе с тем сейчас, как и раньше, отсутствует сколь-нибудь ясное понимание того, что же она такое. Даже если задать этот вопрос очень образованному человеку, в ответ, по всей вероятности, придется услышать что-то крайне невнятное, сбивчивое и противоречивое. Нам кажется, будто мы понимаем свободу и обладаем ею – но, увы, все наоборот. Первый шаг к постижению свободы начинается с обнаружения ее связи с понятием каузальности, то есть причинно-следственного отношения. Мы считаем поистине свободным то, что не определяется, не «опричинивается» извне, а действует изнутри своей собственной природы. Так, раб именно потому трактуется нами как несвободный, что его поведение детерминируется господином, его поступки есть в значительной степени следствие явных внешних причин, а его внутренняя детерминация скована. Но проблема в том, что каждое событие определено не только какими-то еще, оно определено абсолютно всеми элементами системы. И где же тут место для свободы, спрашивается? Дабы совершить акт свободы, человек должен быть способен начать новую цепь каузальности, то есть дать начало событию, вырванному из детерминируемого причинами и следствиями континуума мироздания. В этой точке мы подошли к пониманию двух ключевых моментов. Во-первых, того, что такое свобода на самом деле. Имея в виду справедливые рассуждения Иммануила Канта, свобода есть способность спонтанно начинать новую цепь каузальности. Во-вторых, мы поняли, что она невозможна – ни полностью, ни частично, ни в какой-либо иной форме. Данная позиция зовется крайним, или абсолютным, детерминизмом, и в рамках системы образования иногда принято называть ее опровергнутой (как именно, никогда не сообщается), что, конечно, полная чушь, поскольку в отношении крайнего детерминизма не было не только опровержений, но даже мало-мальски серьезных аргументов. «Бог не играет в кости» Даже когда Вселенная играет в азартные игры, все карты у нее давным-давно просчитаны и только нам партии кажутся делом случая. Пока что мы сосредоточились на детерминации внешней, которой люди и имеют склонность ограничиваться в рассуждениях о свободе. Однако изнутри наше поведение определено столь же строго уже описанной ранее игрой множественных биологических и психических сил. Человеком управляют бесчисленные генетические алгоритмы. Они задают и приводят в движение наши устремления, которые затем преломляются под социокультурным давлением и порождают все разнообразие индивидуальной и общественной жизни. Мы в плену «внутреннего» ничуть не меньше, чем «внешнего» Нам кажется, будто мы сами управляем своим поведением лишь потому, что мы воспринимаем собственные желания и их реализацию, но не умеем различить их причинно-следственную определенность. «Представьте себе, пожалуйста, что [брошенный] камень, продолжая свое движение, мыслит и сознает, что он изо всех сил стремится не прекращать этого движения. Этот камень, так как он сознает только свое собственное стремление и так как он отнюдь не индифферентен, будет думать, что он в высшей степени свободен и продолжает движение не по какой иной причине, кроме той, что он этого желает. Такова же та человеческая свобода, обладанием которой все хвалятся и которая состоит только в том, что люди сознают свое желание, но не знают причин, коими они детерминируются. Так, ребенок думает, что он свободно стремится к молоку, а рассердившийся мальчик – что он свободно желает мщения, робкий же – что он желает бегства. Так, пьяный думает, будто он по свободному решению воли разглашает то, относительно чего впоследствии, протрезвившись, он хотел бы, чтобы это осталось невысказанным» Возможности человеческого мозга, как и любого иного, слишком ограничены, чтобы проследить всю цепочку причинно-следственных связей, ведущих к тому или другому событию. Мы не в состоянии увидеть эту многомерную причинно-следственную сеть целиком, поэтому нам она предстает в урезанной форме и пестрящей многочисленными дырами. Неизбежная неполнота сведений и рождает понятие о свободе воли – своего рода оптическую иллюзию, будто в тех пустотах, где мы пока не усматриваем строгой причинности, она начинается как бы заново, спонтанно и свободно, изнутри самого объекта. Иначе говоря, видимость свободы воли порождается незнанием реальных причин событий. «Количество обнаруживаемой нами в мире свободы обратно пропорционально уровню наших знаний» Свободная воля, таким образом, это удобная пользовательская иллюзия, наподобие графического интерфейса в операционных системах компьютеров. Мы видим на экранах разные цветные значки, папки и курсор, однако в глубине самой загадочной машины нет никакого рабочего стола. За каждой маленькой программой стоит колоссальная цепочка данных, электрических сигналов и их многоуровневых взаимосвязей друг с другом. Как сегодняшние ученые, так и великие детерминисты, от Спинозы и Канта до Фрейда, Ницше, Хайдеггера и Эйнштейна, не могли не заметить, что осознание несвободы имеет мало ценности для практического поведения и может, попросту говоря, свести с ума. Человек может функционировать лишь под иллюзией свободы воли. Мы все – в довольно курьёзной, но неизбежной ситуации: даже осознав невозможность свободы, мы все равно способны существовать лишь «как если бы» мы были свободны. Из этого следует, что онтологическому понятию свободы, которая невозможна, необходимо противопоставить феноменологическое понятие свободы как реальности внутреннего опыта. Вспомним вновь фигуры раба и свободного человека. Что принципиально их отличает? Зависимость раба осознается как таковая, поскольку противоречит его внутреннему желанию. Зависимость свободного человека от мира и внешнего, и внутреннего, напротив, не ощущается, хотя является столь же полной онтологически. Детерминирующие свободного человека причины не пребывают в остром противоречии с его природой, а помогают ей реализоваться – служат попутным ветром, а не встречным. Феноменологический подход к свободе предполагает процесс замены противоестественных, разрушительных и неоптимальных зависимостей на те, которые основываются на наших высших интересах. Феноменологическая свобода, иными словами, есть та мера, в которой жизнь индивида (от мировоззрения до внешних обстоятельств) является продуктом его сознательного творчества и выбора. С этой точки зрения она есть понятие не бинарное (Есть/Нет), а градуальное. Это признак, всегда имеющий ту или иную степень проявления. Дабы являться в этом смысле свободными, мы должны быть способны к самостоятельному интеллектуальному анализу и синтезу, а не лишь усваивающему мышлению. «Свободным называешь ты себя? Твою господствующую мысль хочу я слышать, а не то, что ты сбросил ярмо с себя. <…> Свободный от чего? Какое дело до этого Заратустре! Но твой ясный взор должен поведать мне: свободный для чего?» Всякая «свобода от» есть только малый первый шаг, предварительный этап, сам по себе недостаточный. Свободен ли человек, потерявшийся в пустыне или выброшенный на необитаемый остров и не знающий, куда себя деть? Разумеется, нет, такой «свободный» индивид несчастен и бесполезен. Настоящая свобода и ее переживание как внутренней реальности достигаются лишь в «свободе для», в добровольном принятии на себя творческих целей и зависимостей. Разумеется, мы не можем никуда деться от того факта, что даже с феноменологической точки зрения наша биология и среда оказывают определяющее влияние на ход жизни. У нее есть, однако, и третий источник – внутреннее усилие индивида, возможности которого не следует недооценивать. «важно не то, что сделали из меня, а то, что я сам сделал из того, что сделали из меня» И для того чтобы внутреннее усилие могло возобладать над обстоятельствами, мы должны научиться быть одни, ибо оно совершается только наедине с собой.

Конспект по книге Олега Цендровского "Между Ницше и Буддой: счастье, творчество и смысл жизни". ---------------------------------------------------- IX часть ---------------------------------------------------- ---------------------------------------------------- Что нами движет: эгоизм, альтруизм и сущность воли ---------------------------------------------------- Всякое целенаправленное действие требует, чтобы присутствующая в нас система ценностней (как сугубо биологическая, сформированная эволюцией, так и социокультурная) вынесла прежде суждение, что совершение этого действия предпочтительно в сравнении с отказом от его совершения. Цель и ориентация на нее необходимым образом предполагают ценностную систему, в рамках которой данная цель предстает желанной и значимой. Поскольку ценностная система находится внутри существа, то любая деятельность является ее воплощением. Она, следовательно, всегда есть реализация нашего видения, ценностей и интересов, нашего «Я», нашего ego. «По-моему, человек создан с физическою невозможностью любить своего ближнего. Тут какая-то ошибка в словах с самого начала, и “любовь к человечеству” надо понимать лишь к тому человечеству, которое ты же сам и создал в душе своей (другими словами, себя самого создал и к себе самому любовь) и которого, поэтому, никогда и не будет на самом деле» Невозможность любить и ценить нечто, что не было бы изначально нами самими, является «физической» в самом прямом смысле слова. Пылкая любовь к человечеству как высшее воплощение альтруизма и деятельное, самоотреченное служение нашим ближним есть любовь к своему собственному пониманию блага, к своему представлению о ценном, к своей идее. Правда такова, что в конечном счете это любовь к самому себе, и альтруизм есть лишь тонкая и обманчивая форма эгоизма. Но какова же тогда их подлинная мотивационная основа, какие резоны стоят за ними? «…Кто действительно принес жертву, тот знает, что он хотел за это получить нечто и получил, – быть может, нечто от себя самого за нечто свое же, – что он отдал здесь, чтобы получить больше там, быть может, чтобы вообще быть больше или хоть чувствовать себя “бо́льшим”» Люди «самоотверженные» так же, как и эгоистичные, стремятся к тем целям, что приносят им внутреннее удовлетворение и наполняют их интенсивным переживанием смысла. Помогая другим, отказываясь от богатств, статуса и почестей, посвящая себя служению некоему высокому делу, они приобретают сильнейшее ощущение собственной значимости и подчас морального превосходства. Внешне все и правда выглядит так, будто они действуют против собственных интересов в отличие от какого-нибудь загребущего капиталиста или хищного политикана. На самом же деле это лишь другой способ реализовать свое эго, обходная тропка, ведущая в том же направлении. Если все наши усилия направлены только лишь на умножение своих непосредственных личных выгод, это говорит о скудости воображения и недостаточной амбициозности. Мы настолько бедны и слабы, что воля наша ограничена лишь маленькой точкой нашего «Я» и того, что ему требуется. Человеческие воля к власти и эгоизм (без негатива) лишь тогда находят себе пространство для полного высвобождения, когда они покидают тесные пределы индивидуального интереса и устремляются к трансформации действительности в соответствии с нашим представлением о должном и ценном. То, что принято называть альтруизмом (не всегда, но зачастую), является самой высшей и чистой формой эгоизма, предельной реализацией нашего индивидуального начала. Не нужно смотреть на мир сквозь розовые очки: делаем мы все это не столько для ближних, сколько для себя самих – иные формы мотивации просто логически невозможны. Наш интерес и понимание ценного, наше «Я» в этих случаях настолько разрастаются, что сливаются с более широким контекстом действительности. Глубинный эгоизм, составляющий основу альтруистического акта, ничуть не умаляет ценность подобных поступков. Наоборот, можно с уверенностью утверждать, что именно таков оптимальный способ проживания жизни, так как в нем достигается идеальная гармония и одновременно максимизация индивидуального и общественного интереса. Всякое существо и всякая часть нашего «Я» эгоистичны: они так или иначе преследуют то, что «считают» своими интересами в силу заложенных эволюцией или созданных в течение жизни программ. Существующие поведенческие вариации пролегают не между эгоизмом и его отсутствием, а между его различными формами. В основе всего ницшевского мировоззрения еще задолго до оформления оного в философскую систему лежала интуиция, что все сущее, равно живое и неживое, подчинено единому принципу развития, расширения, неограниченной экспансии. «Воля к власти» - это всеобъемлющий онтологический принцип, согласно которому всякое простое сущее, всякая органическая или неорганическая система оказывает постоянное давление на окружающий мир с целью расширения своего «жизненного пространства» и формовки, упорядочения сущего по своему закону. Все учение Ницше, каждый фрагмент его текстов подвёден под этот основополагающий концепт, который становится, с одной стороны, методологией, ракурсом рассмотрения любого феномена, а с другой – системообразующим фундаментом. В воле к власти находит свой первоисток все, совершающее в живом и неживом мире, она направляет и поступки людей, и эволюцию материи. Было бы ошибочно понимать инстанцию воли к власти как состоящую из двух элементов: во-первых, некоей воли, а во-вторых – власти как того, к чему эта воля стремится, могущая стремиться так же и к чему-то другому. Воля к власти есть цельный феномен, фигурально раскрывающий способ существования сущего. Власть здесь представляет собой не какую-то конкретную цель, к которой стремится воля, могущая также стремиться к удовольствию, наживе, счастью, покою или к чему-либо еще, а разъяснение сущности самой воли. Важно при этом понимать, что, строго говоря, воля вообще ничего не «волит». Всякое воление в ней – это только фигура речи, неизбежный антропоморфизм, привносящий обманчивые коннотации выбора, решения или исходной цели. Разумеется, ни одна заметная идея не остается без критиков, и данная концепция не является исключением. Вместе с тем у нее нет стоящих упоминания альтернатив с сопоставимой доказательной базой в том, что касается толкования природы жизни в ее неразрывной связи со всем сущим. Не только повседневный опыт, но и научное исследование толкают нас к выводу, что всем в этом мире, в том числе и нами, движет экспансивная энергия – созидающая и разрушающая сила, названная Ницше «волей к власти». Если индивид корректно реализует ее природу, то мозг получает сигнал, что все идет именно так, как и должно, и вознаграждает за это наиболее интенсивными положительными переживаниями и чувством смысла. Триада счастья, творчества и смысла как первоцель человеческого бытия есть закономерное и необходимое следствие сущности воли к власти. Мы подлинно счастливы лишь в процессе роста и движения вперед. И лишь когда, послушные своей природе, мы берем на себя достаточно амбициозные творческие задачи, мы ощущаем связь с широким контекстом действительности – смысл.

Конспект по книге Олега Цендровского "Между Ницше и Буддой: счастье, творчество и смысл жизни". ---------------------------------------------------- VIII часть ---------------------------------------------------- ---------------------------------------------------- Существует ли «Я» и какова природа сознания ---------------------------------------------------- Представим типичную и всякому знакомую ситуацию, когда нам необходимо что-то сделать: например, взяться за учебу или работу. Мы сознаем, что это дело важное и благое и приступить к нему поскорее – в наших интересах. Сам процесс, скорее всего, будет нам не совсем приятен, но последствия нашего бездействия намного более мучительны. И тут начинается борьба двух сторон. Однако кто с кем борется? С одной стороны, можно утверждать, что мы сами есть множественный феномен, суммарный эффект работы многих процессов, и как раз они выясняют отношения между собой. С другой стороны, можно сказать, что помимо подлинного «Я», сознающего наш высший интерес центра психики, существуют иные внутренние и внешние силы, оказывающие на него влияние, но нам чуждые и часто ставящие палки в колеса. ---------------------------------------------------- Моноцентрическая модель личности ---------------------------------------------------- В этой модели мы есть не сам опыт, а тот, кто его воспринимает – некий пассажир внутри тела, человечек внутри головы. Но тогда возникает много резонных вопросов, например, что в голове у этого человечка? Еще один? И так до бесконечности? Было бы обсурдно дробить сознание на части, поэтому, наше «Я», разумную душу, было принято толковать как субстанцию – нечто неделимое и единое. В «голове» этого волшебного человечка, нашей души, нет ничего, поскольку он нерасчленим на дальнейшие части или во всяком случае обладает четкой и иерархической структурой. ---------------------------------------------------- Полицентрическая модель личности ---------------------------------------------------- Наблюдая за своим опытом, мы не находим в нем единства или постоянства, а только смену бесконечно малых психофизических состояний – мыслей, впечатлений, переживаний. В них нет никакого «Я» за исключением иногда посещающей нас мысли о том, что оно существует. Первое глубокое и систематическое осмысление этих обстоятельств было проведено Буддой. Он рассуждал в следующем духе. Наш опыт внутренне разнообразен, и в нем можно выделить пять групп феноменов: телесные, чувственные, восприятия, мышления и сознания. Мы не можем назвать цельным Я, центром нашего опыта, ни их все вместе, ни лишь какую-то одну группу, так как им присуще большое многообразие и непостоянство. Феномены опыта пребывают в бесконечном потоке, они мгновенно сменяются и трансформируются: прогремел звук, пронеслась мысль, зажглось чувство, пережилось ощущение, дала знать о себе боль, сверкнул свет – и так без конца. Нигде в этом потоке мы не находим субъекта, кроме как в виде непродолжительной мысли о субъекте, которую вскоре уносит течение вместе с прочими элементарными психофизическими состояниями. Мы не есть наши мысли или чувства, наши восприятия, телесные ощущения или акты осознания. Мы не управляем их ходом, и они столь малы, эфемерны и текучи, что не могут претендовать на статус постоянного центра. Но что же тогда – мы? Если подходить к проблеме в рамках классического понимания, то нас не существует. Есть только поток феноменов без их носителя, и наша личность суть процесс без лежащей под ним неизменной субстанции. «Я» – это не человечек, который пребывает внутри мира как исследующий его персонаж компьютерной игры, а сам этот мир, вся совокупность пребывающего в течении опыта. Жизнь одного человека, подобно мелодии, отличается от жизни другого за счет разницы входящих в опыт компонентов. Но как музыка есть последовательность звуков без какого бы то ни было центра, так и человек есть процесс, своего рода эффект взаимодействия и чередования состояний опыта, а не их носитель. Ницше в философии, Достоевский в литературе и Фрейд в психоанализе независимо друг от друга и под разными углами увидели, сколь большое это упрощение – считать, что существует управляющий поступками разум, осознающий нашу пользу, и периодически осаждающие его чувства, влечения и ошибки суждения. Человек на каждом шагу действует себе во вред, прекрасно это осознавая, делает то, что сам презирает, то, что противоречит его интересам. Разумные соображения потому вовсе не являются центром поведения и иерархически не расположены выше прочих. Нет также и чувств, потребностей, влечений, которые бы имели однозначно преобладающее значение. В каждом человеке расклад и расстановка сил свои. Один способен отказаться от фундаментальных потребностей в безопасности, в еде и воде ради полового инстинкта или игры в рулетку. Другой пожертвует жизнью ради любви, третий любовью ради жизни, четвёртый поставит собственную разумную пользу надо всем. Человек, выражаясь словами Ницше, только «общественный строй многих душ», где отдельные движущие нас аффекты и желания подобны мини-личностям. Гнев, зависть, ревность, любовь, ненависть, радость, отчаяние, решимость, колебание – это не состояния, в которых оказывается человечек внутри головы, субъект-субстанция. Это скорее поочерёдный выход на сцену различных «мини-субъектов», циркуляция которых и составляет внутренний опыт. Для иллюстрации можно привести такую аналогию: в командном пункте нашей головы прямо перед пультом управления толпа мартышек каждую долю секунды затевает шумные драки и свары. Мартышка, которая побеждает, прыгает за пульт управления поведением и какое-то время силой исходящей от нее угрозы держит остальных в стороне. Но вот проходит немного времени, и ее стаскивает набравшийся сил конкурент. По законам нейробиологии только одна доминирующая потребность и программа может реализовываться в поведении в каждый взятый момент времени, поэтому за пультом всегда одна главная мартышка – специфическая нейронная сеть мозга. Личность человека есть тогда что-то вроде статистического среднего из нрава мартышек, которые за этим пультом оказываются, она полицентрична не только с точки зрения восприятия опыта, но и мотивации. У нас нет центров поведения, которые обладали бы безусловным преимуществом, нет встроенной ригидной иерархии между ними, даже базовые биологические потребности могут быть легко подавлены иными потребностями вплоть до сознательного лишения себя пищи, питья, безопасности, удобства и чего угодно вплоть до жизни. Все зависит от конкретной расстановки сил в конкретной голове и исторической ситуации. Разум же в свою очередь лишь калькулятор – он ничего не хочет и не может хотеть по самой своей природе. Он снабжает своими вычислительными мощностями захватившую контроль потребность и верно служит ей, пока та у руля. Если вы хотите пить, разум будет искать способы удовлетворить это желание. Если вам вздумалось слагать стихи и писать картины – он озаботится и этим. Наконец, если вы хотите убивать или одержимы тягой к приему наркотика, он с такой же готовностью придумает, как это устроить. ---------------------------------------------------- Эра научного подтверждения полицентрической модели ---------------------------------------------------- Начиная с середины XIX в. почти все крупнейшие имена в психологии, от Фрейда и Юнга до У. Джеймса, как и нейробиологи XX в., придерживались убеждения в множественной структуре личности. В последние полстолетия, однако, исследования мозга современными методами больше не оставляют на этот счет сомнений. Мы не только отдаем себе отчет в психологическом факте данной борьбы и отсутствии какого бы то ни было центра опыта и мотивации, но и можем увидеть конкретные физиологические механизмы. Представление о «Я», пребывающем в центре опыта, является не отражением действительного положения вещей, а лишь удобным для эволюции познавательным инструментом. На высших уровнях нервной деятельности иллюзия субъекта-субстанции необходима и даже неизбежна, и причина этого довольно проста. Хотя тело и психика человека состоят из множества частей, всеми шестеренками движет общий интерес выживания и продолжения рода. Клетки, органы, нейросети и поведенческие программы организма составляют относительно цельное живое существо и упакованы в тело, отделенное от окружающего мира. Чтобы обеспечивать удовлетворение потребностей самых сложных организмов, собранных из различных кирпичиков, требуется предпринять два шага. Во-первых, вся ключевая информация, получаемая от органов чувств, должна быть сведена воедино. Самое главное из того, что мы слышим, видим, осязаем, помним, чувствуем необходимо представить не как независимые друг от друга потоки данных, а слитно. Только так они смогут образовать информационную модель реальности, сопоставляться и анализироваться для эффективного выбора поведения. Сознание – это способность сведения ключевых потоков данных в связное целое для построения информационной модели мира. В рамках такой эволюционной и нейропсихологической интерпретации сознание есть не только у людей, но у огромного количества видов, включая всех млекопитающих вообще. Во-вторых, у нашего синтетического способа восприятия естественным образом должен появиться центр притяжения – наше тело, в которое через органы чувств тоненькими ручейками просачивается реальность. За его границами кончается внутреннее и начинается внешнее – и от этого внешнего мы обособлены как физически, так и своими интересами. Нам нужно контролировать положение тела в пространстве, заботиться о его безопасности и пропитании и ощущать его отдельность от окружающего. Следовательно, оно должно быть помещено в фокус информационной модели мира и являться тем ориентиром, от которого отталкивается любая познавательная задача и поведение. Человек – не монолит, а вместилище бессчетного числа конкурирующих сил и является продуктом их взаимодействия, итоговым результатом этого взаимодействия, но не его автором. Бо́льшая их часть уже вшита в нашу биологию, многие загружены социально-культурной средой, а какие-то мы создаем сами целенаправленным усилием. Динамика жизни каждого определяется геополитической ситуацией между вовлечёнными в данное противостояние игроками. Она зависит от того, есть ли на карте достаточно сильные фигуры и альянсы, чтобы долго и прочно удерживать контроль в своих руках. Если да, то мы имеем гармоническую личность, целеустремлённую, знающую, чего она хочет, и продуктивную, ибо способную к продолжительной решимости и долгосрочным проектам. Напротив, паритет множества враждующих сторон, когда ни одна не может надолго и всерьёз возобладать, истощает, приводит к внутреннему хаосу, невротическому и психическому разладу, саморазрушению, безделью и стагнации. Конечно, описанная картина не оставляет окошечка и для второй фундаментальной иллюзии – свободной воли. Дело в том, что у этой свободы просто нет субъекта, нет субстанциального центра опыта и мотивации. Вопрос, кто именно внутри нашего «Я» может быть свободен, теряет смысл, когда мы видим это сложное переплетение сил и сражающихся алгоритмов, каждый из которых составлен из еще меньших частей. С точки зрения внутреннего феноменального опыта индивида, мы, впрочем, существуем так, как если бы эта свобода была. Мы ставим и должны ставить перед собой задачи, и важнейшая из них – выстроить такую иерархию ценностей, задач и потребностей, чтобы у пульта оказывались преимущественно конструктивные начала. Это означает прилагать усилия, дабы следовать руководству собственного разума, понимая это с учетом сделанных выше оговорок. Чтобы выковать внутреннюю структуру, мы должны делать постоянный выбор: на чьей мы стороне, кому приносим жертвы день ото дня, какие части себя мы кормим – ведь именно это укрепляет нейросети мозга. В этом отношении устройство их незамысловато и является фундаментальным законом нейробиологии: их сила в конкуренции с остальными растет при периодической активации и идет на спад при деактивации. Чем больше мы совершаем некие поступки, в том числе акты сознания, тем больше превращаем себя в тех, кому эти поступки свойственно совершать. Так мы шаг за шагом меняем расстановку сил внутри.

Конспект по книге Олега Цендровского "Между Ницше и Буддой: счастье, творчество и смысл жизни". ---------------------------------------------------- VII.(2) часть ---------------------------------------------------- ---------------------------------------------------- III. Отношения с другими людьми ---------------------------------------------------- Мы биологически запрограммированы на социальную самореализацию, хотя необходимость взаимодействия и потребность в компании у разных людей различна. Для существования абсолютного большинства, в любом случае, это один из ключевых компонентов жизни. Основным вкладом в уровень счастья, как показывают исследования, и важнейшим (если не основным) коррелятом долгожительства является качество социальной жизни. Люди, которым удалось сформировать крепкие и долгосрочные связи с друзьями, родственниками и любимыми, обладают существенно более высоким уровнем удовлетворённости и здоровья. Взаимодействие с людьми не просто важно и неизбежно; оно труднее, чем принято считать. Опыт веков учит, что создать действительно хорошие и долгосрочные отношения порой сложнее, чем основать многомиллионную корпорацию или совершить научный прорыв. Не случайно те, кому удается преуспеть в профессиональной сфере, периодически именно здесь терпят горькие поражения. Помимо этого, в массовой культуре распространены смутные и противоречивые представления о том, что они такое и для чего нужны. Среди всех порождаемых этим ошибок есть та, что выдается особенно сильно и опасна вдвойне, так как нередко маскируется под добродетель. Она состоит в болезненной фиксации друг на друге, в попытке заполнить внутренние пустоты другим человеком и выстроить свое существование вокруг него. Возлагая на другого человека свои надежды на счастье и смысл, мы, однако, сильно переоцениваем его возможности и неверно понимаем устройство собственной психики. Этих пробелов ему не заполнить, и ожидавший этого или отчаивается, или начинает бессознательно мстить, испытывать обиду, оказывать давление и стараться поменять себе в угоду. Здоровые отношения, напротив, предполагают отрицание центральности партнера и наличие иных твердых точек опоры в виде внешних и внутренних созидательных целей. Они невозможны без самостоятельности и свободы всех в них вовлечённых. Если другой действительно занимает в нашей жизни первое место, это путь в никуда. Это превращает человека в нечто слабое, хрупкое, а нередко и невыносимое. «пустот в душе нельзя заполнить потреблением, в том числе паразитическим потреблением своих ближних» Высший смысл романтических отношений, да и в общем-то почти всяких иных, состоит в со-радости и со-действии взаимному росту и процветанию. Необходимые для этого установки принадлежат не к сфере любви, как она расхожим образом понимается, а скорее к истинной дружбе и партнёрству – желание и умение понять, забота и уважение, готовность по-настоящему вкладывать свое время и душевные силы друг в друга. Для этого равно вредны и нарциссическая замкнутость людей на самих себе, и самозабвенное помешательство друг на друге. Последнее свидетельствует не о подлинности любви, но о всеохватной экзистенциальной пустоте и больше мешает, нежели помогает. Страсть проникнута инстинктом собственничества («садизмом», в терминологии Фромма), жаждой завладеть человеком, его душой, телом и вниманием ради своих алчных потребностей. Именно такая хищная фиксация, а не любовь порождает конфликты, противоречия и душевные терзания. «Не смешивай любовь с жаждой завладеть, которая приносит столько мучений. Вопреки общепринятому мнению, любовь не причиняет мук. Мучает инстинкт собственности, а он противоположен любви» Построение отношений является творчеством в самом строгом смысле слова. Оно содержит в себе момент развития, накопительный потенциал и предполагает движение в сторону все большего взаимопонимания, доверия, гармонии, эмоциональной отдачи и конструктивности. Как и всякое творчество, оно требует знаний и навыков, внимания и сосредоточенных усилий. Из-за отказа принимать отношения всерьёз и понять, что здесь есть, чему поучиться, мы склонны пускать эту сторону жизни своим собственным ходом и ожидать, что все сложится наилучшим образом. Но этого не случится. Так уж устроен мир, что если не принимать достаточных мер для поддержания и развития системы, она устремляется к распаду, в ней возобладает энтропия и судьба ее – преждевременная смерть. Люди крайне неохотно вкладывают что-то в окружающий мир и, как это часто бывает, в близких людей, когда дивиденды им не гарантированы или могут вообще быть не получены. Однако в долговременных отношениях, как и в любом творчестве, действует универсальный принцип: не вкладывая, не получаешь. ---------------------------------------------------- IV. Разнообразие и полнота жизненного опыта ---------------------------------------------------- Одним из фундаментальных законов работы нервной системы является принцип ослабления повторяющихся стимулов. Дело в том, что с точки зрения эволюционной биологии, повторение стимула без нарастания осложнений означает одно из двух. Он либо неопасен и потому разумно частично выпустить его из фокуса внимания, переведя его на что-то новое и потенциально опасное. Либо он представляет собой уже освоенное вознаграждение, поэтому целесообразно переместить внимание на новые источники удовлетворения потребностей. Если мы заинтересованы в оптимизации эмоциональной жизни, в ней должен присутствовать заметный элемент новизны и чередования стимулов, в противном случае система застаивается. Мы должны периодически пробовать новое, узнавать новое, комбинировать, экспериментировать – и делать это не от случая к случаю, но в рамках сознательной установки, сформированной привычки. Мы и сами обыкновенно неплохо знаем, какого рода разнообразия нам бы хотелось, и научные данные для этого не требуются. Тем не менее для цельности картины и понятности дальнейшего разбора будет полезным сформировать общее представление о том, какие виды положительных эмоций у нас бывают и чем они вызываются. СЕРОТОНИН. Гормоном в мозге он не является, счастья тоже никакого не приносит, но у него есть другие важные задачи. Во-первых, он глушит слабые и излишние информационные потоки, делая мышление и работу систем восприятия более четкими и сосредоточенными. Далее, серотонин сражается на стороне центров сна в вечной борьбе против сил бодрствования и снижает общую болевую чувствительность. Наконец, серотонин тормозит центры отрицательных эмоций – в первую очередь уже упоминавшиеся задний гипоталамус, миндалину и островок. ДОФАМИН. Основной объём положительных эмоций, которые мы испытываем, производят нейроны, выделяющие дофамин. Главная задача дофамина – создать и усилить положительные эмоции, какой бы природы те ни были, и запустить процессы обучения на их основе. Дофамин сопровождает преследование поставленных нами целей и желаний, мотивирует каждый шажок вперед на этом пути. Он проявляет себя как приятное возбуждение, творческий энтузиазм, душевный подъем и взлет. Больше всего дофаминовой радости (и это измеряется количественно) мы получаем, двигаясь к цели и непосредственно перед ее реализацией. Сам факт удовлетворения потребности, разумеется, тоже получает дофаминовое вознаграждение, но суммарно намного меньшее, чем предшествовавшее стремление к цели и предвосхищение. Кроме того, в зоне ответственности дофамина находится удовольствие, испытываемое нами от спорта и танца, от любого движения, а также от узнавания нового. НОРАДРЕНАЛИН. Норадреналин настраивает нервную систему на деятельное решение непосредственных задач, приводит нас в режим повышенного бодрствования и боевой готовности, улучшает умственные функции и обучаемость в условиях умеренного стресса, а также снижает болевую чувствительность. Специфические формы радости, за которые он в большой степени ответствен, возникают, когда мы преодолеваем трудности и выходим из тяжелой ситуации. Биологический смысл этого в том, что когда случается нечто опасное, но при этом без вреда для нас, нужно закрепить память о поведении, которое обеспечило безопасность в кризисе и вознаградить за него сладким пряником. ОПИОИДНЫЕ ПЕПТИДЫ: энкефалины, эндорфины и др. Опиоиды очень сильно снижают болевую чувствительность и мощно тормозят нейроны, тормозящие центры удовольствия, поэтому на нас накатывает волна расслабленной эйфории. Это удовольствие обездвиживающее и засасывающее. Роль опиоидов в эмоциональном фоне можно почувствовать, когда вы наслаждаетесь долгожданным отдыхом после работы или сели отдышаться после долгой пробежки; когда вы сытый и довольный лежите на кровати; после оргазма, когда активность сменяется расслаблением. ОКСИТОЦИН. Он обыкновенно снижает тревожность, повышает кооперацию и уровень доверия к тем, кого мы в том или ином смысле считаем «своими». Максимальные значения по количеству окситоцина – у рожающей женщины, которой он в частности обеспечивает сильную связь с ребенком после рождения. Следующий пик наблюдается во время полового акта и особенно оргазма, но окситоцин усиленно выделяется и во время касаний, объятий, танца, поцелуя, при зрительном контакте и просто дружеском общении с представителями вашего же пола. Повышение содержания окситоцина возбуждает в нас центры наслаждения и одновременно с этим подтормаживает центры негативных эмоций. Окситоцин вознаграждает выковывание и поддержание положительных связей с другими живыми существами, более того, способствует им, поэтому нам так приятны и дружеские, и рабочие, и романтические взаимоотношения. Вместе с тем у него есть и «темная сторона»: он делает нас подозрительнее и агрессивнее по отношению к «чужим», тем, кого мы не считаем принадлежащими к своей группе, о чём еще пойдёт речь дальше. ---------------------------------------------------- Иерархия и расстановка приоритетов ---------------------------------------------------- Рассмотренные здесь векторы творчества фундаментальны и коренятся в самом устройстве психики, но из этого не следует, что важны они в равной мере. С точки зрения вносимого вклада именно первые два пункта составляют основу человеческого бытия. Сверх того, они определяют собой два оставшихся и в отличие от них являются действительно необходимыми для роста, счастья и осмысленности. Последние вполне возможны в полном отрыве от других людей и при отсутствии попыток разнообразить свое существование – так, к примеру, может жить монах-отшельник. Однако без умения управлять желанием и сознанием, без внутренних и внешних ориентиров для приложения энергии добиться этого уже не получится. Необходимо распределять собственные силы, имея эти обстоятельства в виду, и бросать их основной объем на трансформацию себя самих и избранной части окружающего мира. Допустим, некий человек пребывает в самом начале пути по всем разбираемым направлениям. Он не имеет своего дела, ничего толком не создал и не создает. Его знания и умения, сама структура личностиоставляет желать лучшего. Он не имеет крепких и продуктивных отношений и почти лишён новых опытов и впечатлений, приносящих радость. Первым делом ему следовало бы увидеть побочность двух последних компонентов и их зависимость от первых. Сильный, развитый, преуспевающий в своем деле и двигающийся вперед человек со сравнительной легкостью налаживает отношения и обеспечивает себе разнообразные переживания. Наоборот, только каким-то чудом внутренне и внешне неустроенный индивид может найти удовлетворение в окружающих – и никакое разнообразие не скрасит серости его мироощущения. В первую очередь мы должны сформировать в своем уме представление о том, как и куда мы двигаемся: ответственность за какие перемены во внешнем мире мы добровольно на себя принимаем, что является нашим делом. Нам нужно, далее, знать, к каким изменениям в себе следует стремиться, поскольку любые наши успехи зависят от того, кем мы являемся, как зависит от этого и характер проживаемой действительности. Мы, наконец, должны отдавать себе отчет в том, что мы хотим пережить и испытать и какой желали бы видеть свою социальную жизнь. Принципиальна правильная очерёдность: сперва требуется сформировать прочный базис, не отвлекаясь чрезмерно от этой приоритетной задачи. «не умножай боковые тропинки, пока не пройдёшь по главному пути» Это может потребовать жертв, в том числе в виде радостей общения и переживаний. Это наверняка потребует их, но ведь без жертв не бывает приобретений, а потому нужно приносить их не только с готовностью, но и охотно.

Конспект по книге Олега Цендровского "Между Ницше и Буддой: счастье, творчество и смысл жизни". ---------------------------------------------------- VII.(1) часть ---------------------------------------------------- ---------------------------------------------------- Четыре ключевые сферы творчества ---------------------------------------------------- Люди постоянно озабочены «поисками себя», и если попробовать расшифровать эту формулировку, они ищут то, что могли бы по-настоящему полюбить. Тут с самого начала кроется серьезная ошибка, поскольку по умолчанию предполагается, что пока таковой объект не найден, эта способность должна находиться в режиме ожидания. Так быть не должно и не может. Истинная любовь предшествует объекту и потому не требует его поисков: она не специфична и представляет собой общий настрой личности, наше отношение к миру в целом. Когда человек сосредотачивает свое чувство на каком-то конкретном человеке, занятии или опыте, но при этом черств и равнодушен к прочему, мы не можем говорить здесь об этой высшей форме любви. Это скорее эгоистическая привязанность, зависимость, привычка или просто поведенческое предпочтение. В них нет ничего плохого, однако они не способны стать фундаментом для здоровой и плодотворной человеческой жизни. Сказанное справедливо и для творчества, которое есть не что иное, как деятельное проявление любви, способ ее объективации. Оно есть меняющее реальность естественное высвобождение присущей нам экспансивной жизненной энергии и потому предшествует объекту и конкретному направлению. По своей природе он не предполагает долгих пауз и остановок, так что ошибочно думать, будто нужно выжидать и сохранять созидательный потенциал для чего-то еще не обнаруженного. Это не означает, что все пути одинаковы и мы не должны стремиться к тому, что подходит нам больше. Однако пребывая в самих этих поисках, мы должны полноценно проявлять творческую энергию здесь и сейчас. В силу того что созидание представляет собой накопительный процесс и требует концентрации, неразумно будет растрачивать ее равномерно на множество разных целей. «мы должны вкладываться во что-то целое, иначе множество незначительных целей раздробят нас на осколки» ---------------------------------------------------- I. Дело ---------------------------------------------------- Желая предотвратить раскол личности и пожать от своих трудов наиболее обильные плоды, на каждом этапе необходимо иметь подобное «целое», даже если мы и не сможем пронести его и любовь к нему через всю жизнь – что, конечно, замечательно, но не обязательно. Этот приоритетный вектор реализации творческой силы можно назвать «делом». Воля человека тогда лишь оказывается удовлетворена, когда вырывается за пределы маленького индивидуального «Я» и получает возможность приложить себя на широкий контекст действительности, произвести в нем некую существенную перемену к лучшему. Нам нужен простор для движения и бесконечный горизонт впереди, и он имеется не только в столь масштабных сферах, как наука, искусство или политика. Любая деятельность при должном отношении к ней имеет свёрнутую внутри бесконечность ступеней совершенства и перспектив расширения. Тратить деньги и усилия лишь на себя и свое окружение означает обладать невероятно скудным воображением и какой-то патологической скромностью. Те, кто всю жизнь льют воду на мельницу своего мелкого интереса, не эгоистичны, а просто глупы: всякая здоровая и свободная воля при первой возможности вырывается за эти тесные пределы. Не имеет значения, какая стезя избрана человеком или на какую его толкнула судьба, будь то ученый, сантехник, фермер, учитель или предприниматель. Если он делает ее своим делом, вкладывает в нее сердце и творчески осваивает, то ему открывается безграничный горизонт развития, бесчисленные варианты переходов в смежные области и несомненная возможность ощутимо участвовать в общей судьбе человечества. Осознание того, каким именно переменам в мире мы хотели бы способствовать, и наличие приоритетного вектора высвобождения созидательной энергии является фундаментом жизни человека. Этим он снимает вопрос скуки и обыкновенно обеспечивает материальный достаток, положение в обществе и уважение окружающих. В деле он обретает единственное подобие искомого смысла бытия и антидот от абсурдной погони за все новыми объектами потребления и развлечения. Большинство ошибочно выстраивает свою жизнь именно вокруг количественных характеристик и эмоций – более того, они постоянно сожалеют, что недостаточно на своем веку потребляли и радовались. Но сожалеть, что тебе в жизни досталось мало подобных радостей, столь же нелепо, как сожалеть, что ты мало за жизнь съел. Качество твоего потребления не имеет значения, ведь от него не останется ничего кроме нескольких распадающихся воспоминаний и упущенных через них возможностей. Они представляются желанными, лишь когда мы не познали альтернативы – того, что действительно существенно. ---------------------------------------------------- II. Самосозидание ---------------------------------------------------- Вкладывая себя в нечто внешнее и меняя его, мы растем и меняемся сами, структурируем собственную личность и бытие. Дело человека, в отличие от прочих объектов любви, редко способно предать и быть исчерпанным, а потому является надежным якорем в этом мире. Если же мы вдобавок находим такой набор целей и такое занятие, что пройдут через всю нашу оставшуюся жизнь, то последняя обретает эстетическое совершенство. У нее появляется связный сюжет и законченность, и мало есть явлений более красивых, чем такая жизнь – цельная, упорядоченная и устремленная по одной траектории. Но не стоит забывать, что в первую очередь, мы сами есть наше главное произведение, и при всяком получаемом опыте жизни первую роль играет не то, каков этот опыт, а кто его переживает. Меняя внутреннее, мы меняем и внешнее, совершенствуем и наполняем его, так как граница между ними размыта, если о ней вообще можно говорить. Это ключ и к творческой полноте, и к полноте самого проживания бытия, о чём уже неоднократно шла речь. У нас, следовательно, всегда должно быть сформированное представление и конкретный план в отношении внутренних перемен, которых мы хотели бы добиться. Какие знания и навыки нужно приобрести? Какие черты характера и привычки ума и поступка необходимо воспитать или же, напротив, побороть? Над какими искажениями восприятия и психическими процессами нужно работать в первую очередь? Как мы хотим чувствовать себя и выглядеть и что требуется сделать со своим образом жизни ради этого? «Чувство собственной негодности, – пишет Шопенгауэр, – представляет собою не только самое большое, но и единственное истинное духовное страдание: все другие духовные страдания могут быть не только исцелены, но и немедленно и совершенно подавлены уверенным сознанием собственной ценности. Кто вполне уверен в ней, может совершенно спокойно переносить страдания, которые иначе довели бы до отчаяния, – он может без радости и без друзей быть самодостаточным и опираться на себя, – столь могучим является то утешение, которое рождается в нас от живого убеждения в нашей собственной ценности, – и потому его надо предпочитать всем благам в мире. Наоборот, в сознании собственного ничтожества не может утешить ничто на свете; его можно только замаскировать посредством обмана и фиглярства, или заглушить сутолокою жизни, но и то, и другое – ненадолго» Лучшим же способом обрести подлинную уверенность в себе и в своей ценности является самосозидание.

Конспект по книге Олега Цендровского "Между Ницше и Буддой: счастье, творчество и смысл жизни". ---------------------------------------------------- VI часть ---------------------------------------------------- ---------------------------------------------------- Между Западом и Востоком: счастье, творчество и смысл жизни ---------------------------------------------------- Человек – бессменный заложник движущей им силы желания, оно так охватывает и ослепляет его, что не только лишает душу покоя и света, но и толкает на безумства и в конечном счете чинит препятствия себе самой. ---------------------------------------------------- Свобода от желания ---------------------------------------------------- Если мы чего-то сильно хотим, это тревожный звоночек, что мы отдаемся во власть искажений восприятия и поведенческих сбоев, ничуть не повышая свои шансы на обретение желаемого. В наших высших интересах – внимательно следить за своей психической жизнью и при любых критических всплесках предпринимать своевременные действия. Сильное желание загрязняет. Оно загрязняет сознание искажениями, психику в целом негативными эмоциями, а нашу жизнь – негативными последствиями. Чем свободнее мы от привязанности к объекту, тем чище наши переживания и взаимодействие с ним. По своей нейробиологической природе все ключевые компоненты человеческого бытия – счастье, продуктивность и смысл – есть следствие определенного способа проживания обстоятельств жизни, а не их набора. Они не в том, чтобы нечто иметь, а в том, чтобы специфическим образом быть. Для этого нужно не получить нечто, чего у нас пока еще нет, а скорее избавиться от мешающего груза и разрушить барьеры, мешающие им войти. Это значит освободиться от уловок желания, заставляющего нас ошибочно концентрироваться на содержании внешнего опыта и преувеличивающего ценность собственных объектов. Это подразумевает и свободу от желания быть счастливым. Мы должны отыскать баланс и, с одной стороны, умерить алчность желания, а с другой – воспользоваться несомым им творческим потенциалом. Требуется расположиться между «слишком холодным» и «слишком горячим» полюсами, наподобие того оптимального расстояния, на котором Земля находится от Солнца. «Брать без ослепления, расставаться с легкостью» Стремление к тому, чего мы хотим, имеет смысл, ибо это для нас и значит быть. Но вот страдать из-за его отсутствия или недостатка, из-за того, что нам недостаточно хорошо, абсурдно и смысла лишено. Хотя сам этот созидательный процесс стократ важнее его плодов, он все-таки должен быть на что-то направлен, и далеко не все маршруты хороши, то есть предпочтительны, одинаково. ---------------------------------------------------- Творческая вовлеченность в настоящее ---------------------------------------------------- Оптимальным решением вновь окажется положение между крайностями – умение пребывать в настоящем, не растворяясь в нем, но творчески и с любовью его преобразовывать, отталкиваясь от прошлого и имея будущее в виду. Если человек деятельно осваивает настоящее, исходя из поставленных целей, но не будучи подчинен этим целям, то преодолевает второе главное искажение восприятия – искажение близости. Он пожинает плоды обоих полюсов и избавляется от их недостатков, черпает радость в проживании настоящего и одновременно создает оптимальные условия для такого будущего, каким хотел бы его видеть. Это и имел в виду Альбер Камю, говоря, что «настоящая забота о будущем состоит в том, чтобы отдать все настоящему». Выстраивая эмоциональную жизнь на приобретениях и утратах, мы, однако, не становимся ни счастливее, ни продуктивнее. Страх перед негативным исходом, как и жажда удачного, отбирают силы и время, а нередко и вовсе сбивают с пути, ничуть не повышая вероятность реализации желаемого. То, чем в конечном счете обернутся наши труды и замыслы, вне полной власти человека, но это и не должно нас тревожить. Делая сам процесс проживания мгновения и внутренние результаты нашей деятельности центром психической жизни, мы достигаем небывалой свободы от обстоятельств, каковыми бы те ни были, благоприятными или неблагоприятными. «Покой среди покоя – не истинный покой. Лишь когда обретешь покой в движении, воистину постигнешь небесную природу. Веселье среди веселья – не истинная радость. Лишь когда постигнешь радость в печали, поймёшь, чем живет сердце» Не сложно быть радостным и веселым в те моменты, когда все идет как надо и этому благоволит. Но такое счастье поверхностно, хрупко и непродолжительно, ибо зависит от перипетий судьбы и подавляется аберрациями дальности и близости. Напротив, «радость в печали», это счастье даже в условиях, казалось бы, ему не способствующих; это относительный покой, даже когда вокруг буря и хаос. Оно исходит изнутри и не оглядывается на внешние стимулы в ожидании разрешений; оно коренится в понимании собственной природы, в свободе от объектов желания и в любящем проживании момента. ---------------------------------------------------- Фундаментальный этический принцип ---------------------------------------------------- Наше счастье и созидательные возможности на девять десятых зависят от того, как мы управляем стихией желания, как структурируем свое отношение к объектам влечения и отторжения. Человек, который произвел тонкую настройку фундамента собственной психики, оказывается успешен на всяком избранном поприще и сохраняет присутствие духа в тяжелейших обстоятельствах. И наоборот, нельзя представить себе столь удачных жизненных раскладов, чтобы больное и неуклюжее сознание не сделало себе из них ада. Чтобы устранить вытекающие из двух фундаментальных решений недостатки, необходимо поддерживать динамическое равновесие между полюсами, пребывать на тонкой линии между ними, на той самой полосочке, что разделяет две части символа Дао. Искусство существования в этом смысле подобно искусству плавания: чрезмерное расслабление или напряжение тела в воде означает, что мы не способны эффективно двигаться. Столь же пагубны чрезмерная близость или дистанция от объектов привязанности и отторжения, от настоящего и от будущего. «Делай, что должен, и будь, что будет» Полюби творческий дискомфорт усилия и всегда двигайся вперед, пребывая в настоящем мгновении и будучи свободным от своих желаний. ---------------------------------------------------- Смысл жизни ---------------------------------------------------- Смысл - это положение элемента в более широком контексте действительного, его функциональная роль внутри системы более высокого порядка. Так, бытие глаза осмыслено в контексте тела. Бытие шестеренки в контексте машины, машины внутри завода, солдата в контексте армии или государства. Но все перечисленные смыслы имеют один важный нюанс – они теряют всякую значимость вместе с разрушением контекстов, в которые они вписаны, то есть превращаются в бессмыслицу. Глаз может иметь смысл внутри тела, но если тело его лишено, тем самым он пропадает и у глаза. «В масштабе бесконечности пространства яблоко не меньше, чем Солнце. В масштабе бесконечности времени, миллион лет не дольше секунды.» По этой причине человек всегда искал смысл жизни, отвечающий трем критериям: 1) вневременность, неразрушимая вечность контекста; 2) абсолютность, всеохватность этого контекста равного мирозданию как таковому; 3) возможность непосредственного личного и формирующего участия в судьбе мироздания. Как только мы, расширяя масштаб исследования, достигаем абсолютного контекста, то есть всего мироздания в целом, оно оказывается смысла лишено. Нет ничего, во что бытие как целое было бы вписано, оно в самом буквальном смысле «ни для чего не существует», и его тотальная бессмысленность охватывает все системы низшего порядка. Понятие смысла жизни в его традиционном понимании само не имеет никакого смысла. При всяком последовательном рассмотрении оно тотчас схлопывается под весом собственной алогичности и уничтожает себя. Исследовав собственную природу, мы обнаруживаем ориентир внутри, а не вовне. Мы устремляемся к раскрытию этой природы в ее полноте и понимаем затем, что между «внутри» и «вовне» нет сущностных различий, ибо природа всего едина. В этом случае критерий ценности и смысла является уже не содержательным, но формальным. Он лишен подробных черт и представляет собой некое предельно общее уравнение, эту глубинную природу отражающее, в переменные которого подставляются специфические обстоятельства и задают рисунок нашей жизни. ---------------------------------------------------- Творчество и смысл жизни ---------------------------------------------------- Таковым уравнением является принцип творчества. История человечества показывает, что именно созидательная деятельность всегда была общим знаменателем смыслов, формулируемых разными эпохами и культурами. Творчеством является любая целенаправленная деятельность с накопительным эффектом, в которой наши замыслы получают последовательное воплощение. Оно увеличивает степень организации материи или меняет ее структуру в соответствии с новым планом. Это может быть починка покосившейся полки, приведение в порядок внешнего вида, изучение нового навыка или создание своей компании. Важно лишь не ограничивать себя задачами ощутимо ниже своих способностей и не прерывать естественного прогрессивного движения. Потребление и разрушение, энтропия и стагнация, разложение – известное во многих формах и под многими именами, оно представляет собой понижение степени организации материи, разрыв и распадение структуры. Это та же самая фундаментальная стихия, однако в отрицательном режиме работы. Она необходима и неизбежна, поскольку так происходит устранение препятствий, расчистка пространства для творчества, накопление и восстановление сил. Но когда разрушение, потребление и застой превращаются из инструментов творческого процесса в само содержание жизни, они оказываются губительны для индивида и общества. Не высвобождая свой созидательный потенциал, человек восстает против самой квинтэссенции бытия, того самого несомненного источника ценности и смысла, что мы обнаруживаем во всем сущем. «творить значит жить вдвойне» Созидание – это ключ к Триаде нашего бытия: оно отпирает высшие сферы счастья, лишь оно наполняет существование настоящим чувством осмысленности и оно, разумеется, тождественно продуктивности. В потреблении и при постановке перед собой столь малых и неамбициозных целей как накопление и растрата имущества, мы забираем только крохи со стола жизни. Лишь творчество, которое одновременно есть любовь (ведь нельзя по-настоящему творить, не любя, и нельзя любить, не творя), способно дать нам то, что нам нужно.

Конспект по книге Олега Цендровского "Между Ницше и Буддой: счастье, творчество и смысл жизни". ---------------------------------------------------- V часть ---------------------------------------------------- ---------------------------------------------------- Западный подход к проблемам счастья и желания ---------------------------------------------------- На Западе мы обнаруживаем диаметрально противоположное отношение к предмету: тяготение не к ограничению воли, но к ее максимизации и полному высвобождению. Проблематика счастья и страдания при этом обыкновенно отбрасывается или выносится за скобки как маловажная. Где же о них заходит речь, счастье воспринимается не как самостоятельная цель, но скорее как возможное следствие ведения человеком наполненной и осмысленной жизни в согласии с его деятельной природой и разумом. «Если вы хотите быть счастливыми, просто будьте тупыми» Джордан Питерсон, не менее упорно настаивает на весьма скромном положении счастья в иерархии ценностей. Подобно Жижеку, он признает, что жизнь насквозь пронизана страданием, но из этого не делается вывод, что борьба с ним является приоритетом. Важно иное – следовать своему высшему творческому идеалу, важно, полна ли ваша жизнь смысла и как вы исполняете свой долг перед собой и ближними. Если вы следуете по этому пути, то счастье может снизойти на вас как благословение, и тогда нужно принимать его с благодарностью. Однако гнаться за ним есть дело и мелкое, и просто обреченное. Одновременное признание горького трагизма существования и при этом пренебрежение им в полном высвобождении стихии желания и творческой воли есть доминирующая тема западной парадигмы. «Вовсе на свет не родиться – для смертного лучшая доля, Жгучего солнца лучей слаще не видеть совсем. Если ж родился, спеши к вожделенным воротам Аида: Сладко в могиле лежать, чёрной укрывшись землей.» Европейский мрак, впрочем, всегда оказывается задушен и побежден экспансивной волей западного человека – в равной мере созидательной и разрушительной энергией желания. Закономерным следствием властности и экспансивности западного этоса является отсутствие в нем весомых подобий классическим идеалам восточной мысли, которая построена на ограничении желания. Культура Запада исторически чужда принципу непричинения вреда всем живым существам (ахимса), центрального для большинства восточных учений. Столь же чужда ей идея не-деяния (у-вэй), то есть отказ от действий, противоречащих естественному ходу вещей, отказ от насильственной трансформации мира. Даже там, где в западных учениях мы наблюдаем ограничение желания и воли в одной сфере, это по большей части делается лишь ради того, чтобы они могли развернуться в другой. Таков, к примеру, был проект стоицизма, давшего бой привязанностям и низменным влечениям ради деятельного воплощения высшего долга. Западная парадигма всецело раскрывается в Новое время, в эпоху научно-технического прогресса. Знание приравнивается к силе, покорение природы начинает идти полным ходом, а вера в способность разума к глубокой трансформации общества и личности ради светлого будущего становится крепка как никогда. Апогея все эти установки достигают, по справедливому наблюдению Хайдеггера, в учении Ницше, самого западного из философов, который выразил само существо Запада, в том числе в своем понятии «воля к власти». Ницше усматривает смысл существования в возвышении и самопреодолении человека, в предельной творческой самореализации и воплощении его высших возможностей. Счастье при этом есть приятный сопровождающий эффект, который возникает на определенных этапах данного пути, но вот ставить его во главу угла – не только симптом слабости и болезни, но и просто не в наших интересах. Страдание, всякого рода большая натуга и напряжение, полагает он, являются необходимыми стимулами для роста и становления человека. «Людям, до которых мне хоть сколько-нибудь есть дело, я желаю пройти через страдания, покинутость, болезнь, насилие, унижения – я желаю, чтобы им не остались неизвестны глубокое презрение к себе, муки неверия в себя, горечь и пустота преодоленного; я им нисколько не сочувствую, потому что желаю им единственного, что на сегодня способно доказать, имеет человек цену или не имеет: в силах ли он выстоять» ---------------------------------------------------- Ограничения западного подхода ---------------------------------------------------- В сердце западной традиции от ее древнейших истоков до сегодняшнего состояния, от Феогнида и Пифагора до Жижека и Питерсона, лежит признание трагизма и боли человеческого существования. В западном мировоззрении наблюдается перевёрнутая перспектива с крайне завышенной ориентацией на внешние источники ценности, смысла, счастья при катастрофической недостаточности внимания к их внутренним условиям. По этой причине отсутствует серьезная установка на самопознание, на управление сознанием и психикой, как и умение это делать. И проблема тут кроется в том, что пренебрежение тонкой настройкой своего «Я» неблагоразумно даже с позиций экспансивной и жаждущей свершений воли, в особенности пренебрежение вопросами счастья и страдания. Любые негативные переживания служат топливом для души лишь в определенных узких пределах, за которыми их действие становится вредоносным. В наших интересах потому снимать излишки отрицательных эмоций, которые при превышении дозировок отнимают больше, чем дарят. Путь этот лежит через внутреннюю работу по управлению сознанием и преодоление встроенных в него искажений, порождающих эти излишки буквально на пустом месте. Второй грех западной этики – это чрезмерная вовлеченность и привязанность к объектам желания, пребывание во власти последнего. Бесконтрольные желания не просто мучают человека, они слепят его и подрезают крылья способности суждения. Нейробиологическая причина состоит в том, что отделы мозга, осуществляющие высшие умственные процессы, и те, которые запускают эмоциональные реакции, оказывают друг на друга взаимоподавляющее воздействие. Префронтальная кора и задняя теменная кора мозга, занятые планированием, сложным ассоциативным мышлением, принятием решений и расстановкой приоритетов практически выключаются в присутствии сильных стимулов. Необходимо отдавать себе отчет, что задача всей сферы желания – мотивация, резкий запуск инстинктов и простейших поведенческих моделей. Это наш сам примитивный автопилот, ему сотни миллионов лет. Поэтому если мы не держим необходимую дистанцию от объектов желания, не управляем сознательно протеканием последнего, система дает постоянные сбои – и нередко фатальные. На автопилоте психика вырабатывает выхлоп туманящий ум. Предоставленная самой себе, она толкает на ошибки и направляет по ложным маршрутам. Как следствие, в элитарной культуре множество талантливых людей без толку и чрезмерно страдают, существуют в отрыве от своих высших возможностей и трагически гибнут. В массовой культуре к этому добавляется доминирование идеологии потребления. Конечно, описанные болезни духа царят и на Востоке, и ныне мало есть различий между массовыми культурами обеих сверхцивилизаций. Тем не менее лишь западная философия подвела под экспансию и безудержность воли идейное основание. Многие ее лучшие умы намертво застряли в капкане желания и когнитивных искажений, и все их чисто западные попытки выбраться из него были безуспешны. «В двадцать лет я уже знал все то, что знаю в шестьдесят. Сорок лет ушло на долгую и бессмысленную работу по подтверждению этих истин» Червь страдания и разочарования, выросший на плодородной почве невнимания к своим базовым психическим процессам, изрыл все тело западной культуры. «В Америке я видел самых свободных, самых просвещённых людей на свете, имеющих самые благоприятные для жизни условия, однако мне казалось, что их лица обыкновенно омрачены какой-то лёгкой, как облачко, тенью; они были серьёзны, почти грустны даже во время развлечений» Великой же заслугой Запада, в свою очередь, является чрезвычайное возвышение и освобождение индивида, неутомимый творческий поиск и открытие бесконечных научных и социокультурных горизонтов. Вместе с тем, западная парадигма до слепоты невнимательна к движущей человеком силе и не воспринимает задачу по ее контролю с должной серьезностью, потому делает как себя, так и весь мир несчастным заложником древних сил психики. На Западе мы узнаем лишь половину великой истории жизни, в то время как нам нужна вся.

Конспект по книге Олега Цендровского "Между Ницше и Буддой: счастье, творчество и смысл жизни". ---------------------------------------------------- IV часть ---------------------------------------------------- ---------------------------------------------------- Восточный подход к проблемам счастья и желания ---------------------------------------------------- Смысл дзенских коанов, как и жеста Будды во время Цветочной проповеди (согласно легенде на ней и возник дзен-буддизм), в том, что именно этот миг есть все подлинно существующее, есть местопребывание истины, а путь к освобождению и счастью пролегает через освоение настоящего и непосредственно данного. Увы, присутствие здесь и сейчас – вовсе не природная человеческая способность, а нечто весьма для нашего ума противоестественное. Первейшая функция нашего мозга – это осмыслять накопленный опыт и создавать вереницы сценариев будущих событий, анализировать, планировать и прогнозировать. Человеческий ум потому – нечастый гость в настоящем. Мы проигрываем в голове симуляции возможных событийных поворотов, созерцаем собственную неудовлетворённость и получаем стабильный приток отрицательных переживаний, ибо все это выстраивается вокруг напряжения между «имею» и «хочу». ---------------------------------------------------- I. Пребывание в потоке ---------------------------------------------------- Пребывание в потоке означает смещение точки отсчета с результата на сам процесс, и это кардинально меняет мироощущение. Привязка психической жизни к результату означает, что мы испытываем короткие всплески радости, когда нам что-то удается, и экзистенциальный разрыв смыкается. Если мы терпим неудачу, то растяжение провоцирует заряд негативных эмоций. Все остальное время мы пребываем в тусклом пространстве между этими состояниями, прикованные своим вниманием к объектам желания. Активная вовлеченность в процесс, с другой стороны, и восприятие его не как средства, а как самой цели приводит к тому, что дистанция между «я хочу» и «я имею» удерживается в сомкнутом состоянии постоянно, а не на мгновение. Напротив, переживание мгновения вне непосредственной связи с его результатами становится источником постоянного счастья и повышает продуктивность за счет большей включенности. Сам Будда называл практику пребывания в потоке термином сати, который обычно переводится как осознанность (mindfulness). ---------------------------------------------------- II. Освобождение от привязанностей и уничтожение желания ---------------------------------------------------- Будда, наряду со многими другими мыслителями, справедливо распознает первопричину страдания в желании, так как оно образует верхнюю планку экзистенциального разрыва. Эта тема получила продолжение в «огненной» проповеди. Одним словом, есть три пламени, которые объяли человека: влечение и привязанность к одним вещам, отвращение и ненависть к другим, наконец, наше неведение. Они не просто создают, но искусственно раздувают и поддерживают различие между тем, что мы имеем, и тем, что хотим, вырабатывая громадные объёмы страдания. ---------------------------------------------------- III. Десубъективация: растворение в потоке ---------------------------------------------------- Познавая свой настоящий миг, человек поднимает и удерживает нижнюю планку экзистенциального разрыва. Одолевая желание, он обрушивает вниз верхнюю, смыкая дистанцию еще больше. Но у механизма есть еще третий и ключевой элемент – само наше эгоистическое «Я», по отношению к которому производятся все эти манипуляции. Если бы нам удалось стереть или пусть даже размыть субъект как точку отсчета, осознать условность и иллюзорность его отдельного существования, потери и приобретения перестали бы вызывать сколь-нибудь значительный отклик. Если нет того, кто теряет и приобретает, если субъект слит и сопряжен с объектом, страдание совершенно теряет опору под ногами. «Ты есть То» Увидев себя проявлением Абсолюта, таким же в своей сущности, что и всякое иное явление мира, носителем всеобщей неделимой природы, человек осознает, что не может ни преуспеть, ни потерпеть поражения. Страдание, как и ощущение раздробленности мира на сущностно противоположные части, весь субъект-объектный антагонизм представляют собой оптические эффекты, искажения восприятия или их следствия. Буддизм идет в деле ниспровержения субъекта даже еще дальше и провозглашает, что человеческое «Я» вообще не существует в его обычном понимании, ибо мы есть не субстанция, но процесс из постоянно меняющихся элементов без неизменной основы, что будет подробно рассмотрено далее. Осознавая это и практикуя растворение в потоке, человек не только окончательно выбивает у страдания почву из-под ног, но обретает ощущение высшей осмысленности и благостного единения со всем. ---------------------------------------------------- Ограничения восточного подхода ---------------------------------------------------- Между тем, оснований для подобных заявлений нет, а опыт говорит нам с точностью до наоборот. Эта стихия желаний, в отличие от кратких мгновений совершенно неестественного для живого существа покоя и благости, и является квинтэссенцией бытия. Как раз она представляет собой норму, в которой пребывает жизнь. Огонь желания подвергается к критике, поскольку причиняет страдание. Считается, что желания противоположны счастью. Однако, как мы уже знаем, малые и умеренные дозы отрицательной энергии полезны - без них мироощущение становится пресным и лишается внутреннего богатства. Вдобавок к этому они обеспечивают гедонистическую дезадаптацию, позволяя на контрасте лучше воспринимать наши блага и сам текущий момент. Счастье растворения в потоке и пребывания в умиротворении похоже на вкус ключевой воды: оно чисто и прекрасно, но пресно и одномерно, если составляет основу рациона. В не недостает наполненности и драйва. Эмоциональная жизнь имеет не только показатель заряда, положительного или отрицательного, но и качественную определенность, которая имеет самое решающее значение. Если бы важно было только само счастье, без учета порождающих его причин и конкретного содержания, идеальную жизнь было бы устроить не так сложно. Достаточно было бы пригвоздить себя к аппарату жизнеобеспечения, чтобы в искусственной коме получать через трубочку психотропные вещества, но мало кто этим соблазнится. «ставить перед собой задачу достигнуть умиротворённого и рафинированного растворения в потоке – значит обеднить и оглупить себя» Объявляя неудовлетворенности (духкха) безоговорочную войну, мы подрываем собственную продуктивность и режем потенциал: она нужна нам не только для полноценного счастья, но и для созидания. Множественность внутри цельности, отдельность внутри единства, конфликт внутри гармонии, хаос внутри порядка есть то, что создает мир и каждое его проявление. Он представляет собой процесс порождения различий, дробления и сопряжения, рождений и смертей, без которых все бытие было бы гомогенной неподвижной точкой – мертвой сингулярностью. Да, каждый из нас есть часть целого и проявление его природы. Но как таковые мы наделены не только единством с ним, но и индивидуальностью, обособленностью, противоречиями между собой и внутри себя. Необходимо сознавать, что Будда и Восток в целом рассказывают лишь половину великой истории жизни, в то время как нам нужна вся.

• Какие существуют конкретные методики позволяющие справляться с прокрастинацией? → Во-первых, планирование, отсутствие планирования приводит к безделью из-за того что человек просто безсистемно метается от одной цели к другой. Во-вторых, против отвлечения существует кпт-шная методика "зачем я открыл браузер? зачем я зашел в вк? и т.д.". В-третьих, для выхода из тупика "я все знаю, но не могу заставить себя начать" была создана Схема Обратного Планирования Барбары Шер, для ее применения сначала необходимо выразить цель (нарисовать круг и вписать туда цель), допустим целью в примере будет служить сдача курсача, соответственно следующим пунктом надо задать вопрос "могу ли я достичь этой цели прямо сейчас? если нет, то что мне надо сделать перед этим?", соотвественно чтобы сдать курсач для начала необходимо его написать, теперь для этой цели вам надо задать точно такой же вопрос "могу ли я это выполнить прямо сейчас? если нет, то что я должен сделать перед этим?", для написания курсача наверняка надо почитать литературу, для этой цели нужно также задать себе вопрос, задав этот вопрос мы приходим к выводу что нужно подобрать литературу, "можно ли это сделать сейчас?", нет, необходимо знать тему курсовой, "что для этого нужно?", переговорить с научным руководителем, "можно ли это сделать прямо сейчас?", наверное можно, соответственно отсюда вы рисуете точку входа (что вы отсюда начнете), фишка в том чтобы разобрать деятельность на составные части и снизить уровень дискомфорта до приемливых значений для тебя, для того чтобы ты смог совершить это действие. Схема Обратного Планирования позволяет от цели конечной, к которой ты хочешь прийти, но которая осознается как трудновыполнимая, перейти к схеме, первый шаг в которой ты можешь сделать здесь и сейчас. - Конечная блок-схема: "сдать курсач" → "написать курсач" → "почитать литературу" → "подобрать литературу" → "выбрать тему" → "переговорить с научным руководителем" • Что делать с тем, что нужно прямо сейчас заставить себя что-то делать? → Если необходимо заставить себя прямо сейчас что-то сделать, то лучше всего начинать с наименьшего полезного действия (например, с одного отжимания) и установить это НПД за дневную норму. • Помнить о смерти самый лучший метод борьбы с прокрастинацией? → Мотивация исходящая от страха может привести к обратному эффекту, особенно если человек считает что он слишком стар для деятельности.

О, пацаны, я пока на компе рылся откопал один конспект на тему прокрастинации, мб кому полезно будет. ---------------------------------------------------- • Вопрос → Ответ на вопрос - Примечание ---------------------------------------------------- • Что такое прокрастинация? → Прокрастинация это привычка откладывать на завтра то, что было отложено на сегодня вчера. Если выразить проблему прокрастинации проще, то ты продолжаешь откладывать то, что сам же оцениваешь как деятельность которую необходимо выполнить сейчас. - Зачастую прокрастинацию сопровождает самобичевание (ненависть к себе по причине собственной неспособности заставить себя что-то сделать) и самокопание (деструктивная форма самоанализа направленная на то, чтобы унизить себя). • Почему мы занимаемся прокрастинацией? → Как и любой психологический симптом (или форма психологической защиты) откладывание имеет свою выгоду (для нашей психики), иначе бы никто никогда ничего не откладывал, например, благодаря сёрфу ютубчика ты избигаешь раздражения и дискомфорта связанного с разгребанием завала который ты создал до этого (ну или который создался сам собой, из-за твоего бездействия). - Иногда выгодность прокрастинации называют парадоксом комфортного дискомфорта, твой нынешний непродуктивный образ жизни безопасен по сравнению с перспективой изменений и возможного фейла. • Каковы основные причины прокрастинации? → КПТ-психологи (Драйден и Гордон) выделяют три основных причины: (1) Тревога, основанная на восприятии возможных угроз самооценке, которые могут последовать за выполнением деятельности. Например, ты не пишешь курсовую так как ничего не знаешь, не начинаешь первым общение с кем-либо потому что "а вдруг меня отвергнут?". - "Когда человек идет покупать в магазин дрель, он не дрель покупает, он покупает дырку в стене" - Когда вы боитесь начинать что-то делать (реализовывать деятельность), вы боитесь не самой деятельности, а того что может последовать за этой деятельностью (продолжая пример выше, вы боитесь не хреново написать курсач, вы боитесь что научный руководитель посмотрит на вас как на дебила). (2) Низкая толерантность к фрустрации, концептуальная основа низкой толерантности к фрустрации это убеждение что "я не могу справляться со страданиями здесь и сейчас ради будущего профита", восприятия трудностей сопутствующих делу как слишком суровых, не стоящих того. Проблема в том, что жизнь в избигании трудностей на деле приводит к еще большему количеству фрустраций, со временем трудность жизни увеличивается из-за того, что те дела которые ты откладывал так или иначе тебя догонят и напомнят о себе. - Фрустрация - это состояние возникающее при невозможности удовлетворить те или иные свои потребности, в контексте прокрастинации это неспособность выдерживать скуку, трудности, дискомфорт и неожиданности, т.е., форсмажоры которые возникают на пути выполнения деятельности. (3) Бунт, в данном случае прокрастинация является способом выражения своего недовольства чужими приказами, например, начальник поручил тебе какую-то доп. работу на которую ты не подписывался и тебе её делать не хочется, и соответственно ты начинаешь опаздывать, немного косячить то тут то там и проч. - Люди что часто прокрастинируют обычно делают это в двух областях, во-первых это саморазвитие, чтение какой-нибудь литературы, просмотр какого-нибудь кинематографа, во-вторых это самообслуживание, выполнение каких-то дел которые могут просто улучшить качество жизни (уборка, мытье посуды и т.д.). • Как может выглядить прокрастинация? → Во-первых это размышление, намерение что-то сделать, но без самого дела, т.е. чтение литературы перед выполнением дела ("я же должен прочувствовать задачу перед выполнением"). Таким способом можно навечно пытаться подготовится к тому, чтобы начать действовать. Как мы можем ставить границы сами себе ещё не начав что-либо делать?. Во-вторых, оставление на последний момент, может играть убеждение что "я лучше справляюсь под давлением". В итоге при таком подходе страдает качество, ведь нельзя сделать за день то, на что было выделено 6 месяцев на таком же качественном уровне, как если бы вы потратили на это дело 6 месяцев каждодневного труда. В-третьих, банальное "я сделаю завтра", когда мы говорим что я сделаю завтра, то мы по сути откладываем все на весьма абстрактную категорию. Ещё эта же мысль может выглядеть как "я сделаю это только когда закончу то-то", на деле же тут стоит боязнь неудач и в связи с этим человек начинает создавать дополнительные шаги между собой (той точкой где он находится сейчас) и конечным результатом. - Активность сегодня - это новые возможности для завтра. В-четвертых, разгребание ненужных (низкоприоритетных) дел, т.е. "не могу же я сидеть и писать отчет сидя за грязным столом, это же просто не позволительно, это кошмарно". В-пятых, краткосрочный гедонизм, поиск удовольствия сначало субъективно воспринимается как способ подготовиться к выполнению серьезного задания, "я вот сейчас посижу поиграю, посмотрю что-то, а потом я начну действовать", но "потом" человек не начинает действовать, а появляется идея " а нафига собсна портить такой замечательный день какой-то работой, это же просто отвратительно, лучше я ЗАВТРА буду страдать, а СЕГОДНЯ я продолжу саморазвиваться через аниме". В-шестых, отвлечение внимания на любой стимул, т.е. звонит брат тёти сестры мужа с которым вы необщались примерно никогда, но в секунду когда вам нужно что-то делать его звонок становится очень субъективно значимым, "нужно ответить обязательно", а после разговора возникает мысль "ну блииииин, я же уже вышел из ритма, что я здесь буду распинаться, тогда уж ЗАВТРА сделаю". В-седьмых, подготовка к работе начинает восприниматься как сама работа, "сегодня я убрался на столе, а вот завтра начну уже писать", только вот уборка на столе и написание курсача это совершенно разные вещи, тем не менее в моменте может показаться что два этих дела равнозначны и соответственно появляется мысль "я начал, я что-то сделал, заебись продолжу завтра". - Ты можешь еще начать заниматься самобичеванием называя себя "прирожденным лентяем" и проч., но тут важно понимать что вы никакой не "прирожденный лентяй", а человек боящийся фейлов. В-восьмых, ожидание правильного момента, может возникнуть странная, весьма иллюзорная, мысль что "если я найду правильное время, правильный момент, то деятельность завершится оглушительным успехом (ну, или по крайней мере меня не постигнет неудача)" и соответственно человек делает ровным счетом ни-че-го. • Какая есть типология прокрастинации? → (1) тип это перфекционизм, т.е. высокие стандарты не дают начать (или закончить) что-либо делать и человек не желая признаваться себе в некомпетентности, в том, что он может сделать что-то не идеально будет избигать работу, а потом делать всё на отъебись, потому что все будет делаться в последний момент и хреново. - Перфекционист боится не того что он недостаточно хорошо выполнит работу, он боится того что вскроется его некомпетентность. (2) тип это мечтательность, склонность к расплывчатости в постановке целей. Мечтательный человек склонен никогда не конкретизировать свои цели, никогда не давать им какие-то временные рамки. - Цель - это осознанный образ желаемого результата. (3) тип это беспокойность, т.е. страх того что все пойдет не так и ты не справишься с наплывом событий которые произойдут в следствии того, что вы начнете выполнять деятельность. (4) тип это создание кризисных ситуаций, т.е. склонность кичиться тем, что ты все делаешь в последний момент и у тебя хорошо получается, и ты только тогда способен что-то хорошо делать, на деле же человек откладывает все на последний момент и надеется, очень сильно надеется на то, что все как-то разрешится само собой. (5) тип это неповиновение, т.е. постоянные конфронтации и агрессивное поведение к тем кто как тебе кажется пытается все контролировать. (6) тип это переусердствование в делах, т.е. склонность человека делать всегда чуть больше чем от него требуется и делать это для себя, но при этом делает он этого не в тех делах что действительно важны. • Каков общий знаменатель любой прокрастинации? → Общий знаменатель любой прокрастинации это наличие четкой эмоциональной проблемы, возможно скрытой, но тем не менее существующей, ты можешь не ощущать её (ведь из-за этого ты и следуешь четким компенсаторным стратегиям, которые защищают тебя от чувствования этих эмоций). - Если спросить индивида про то, как он смотрит на то, чтобы начать делать работу, зачастую он ответит "отлично, я прям рад бы это сделать", но это не значит что у него проснулась какая-то мотивация. • Что такое настойчивость в деятельности и почему она важна в рассмотрении проблемы прокрастинации? → Настойчивость - это способность реализовывать деятельность систематически, а не ситуативно. И это является важнейшей чертой для успеха в любой деятельности, отсутствие или не развитость данной черты приводит к тому что каждый новый год мы начинаем новую жизнь, потому что мы не способны систематически выполнять эту деятельность. • Каков состав мотивации? → Состоит мотивация из трех компонентов: (1) это направление, цель, т.е. чего ты пытаешься достигнуть, какой у тебя образ желаемого результата. (2) это усилие, то как сильно вы пытаетесь. (3) это настойчивость, как долго вы продолжаете пытаться. - Настойчивость безумно важна, "гений это 1% вдохновения и 99% настойчивости". • Какие есть инсайты по борьбе с прокрастинацией? → Во-первых, любое беспокойство которое у тебя возникает относительно выполнения деятельности или относительно любой поставленной цели имеет в основе своей убеждения, которые были каким-то образом выработанны и даже если эти убеждения более не являются нужными мы склонны интерпретировать реальность так, чтобы усилить веру в эти неадаптивные убеждения. - Частоповторяющиеся отношения в которых у вас нет возможности выхода из них пораждают убеждения. Убеждения могут быть как адаптивными, так и не адаптивными, но мы склонны интерпретировать события которые с нами происходят в пользу этих убеждений, т.е. у нас других-то нет и соответственно мы склонны интерпретировать все так, чтобы подтверждать вновь и вновь эти убеждения. Во-вторых, преодолеть наши эмоции можно только через устойчивую работу и практику действовать вопреки иррациональным убеждениям, только таким образом можно преодолеть свои эмоциональные переживания, только таким образом можно переубедить себя в том, что вы не неспособны, ленивы, бесполезны и т.д. • Каковы причины того что мы терпим неудачи в попытках настойчиво продолжать деятельность? Какие убеждения стоят за этим саботажем деятельности? → Во-первых, краткосрочный гедонизм, т.е. поиск сиюминутного удовлетворения за счет выполнения долгосрочных целей, например, просмтр ютуба вместо написания курсовой. Во-вторых, может существовать убеждение что "если бы я знал из-за чего это началось, то все было бы совершенно иначе, никаких бы проблем у меня не было", т.е. может существовать иллюзорное воззрение согласно которому если человек узнает первоначальную основную своих проблем, то проблема магическим образом исчезнет. Конечно познать самого себя это всегда полезно, но проблемы настоящего это проблемы которые в большей степени живут за счет существующих в настоящий момент идей и поведенческих паттернов, т.е. деятельность первична по отношению к самосознанию, именно твое самосознание, твои идеи, твои оценки, твои требования к самому себе так или иначе откуда-то возникли, но надо понимать что оценка самого себя (например, как способного или неспособного) складывается в той деятельности в которой ты находился систематически долгое время, но если ты сепарируешься из среды где в тебя вдалбливают неадаптивные убеждения и начнешь самостоятельно выполнять деятельность, начнешь самостоятельно достигать целей и будешь успешен в этом + к этому другие люди вокруг тебя будут оценивать тебя положительно, то в конце концов у тебя и самосознание изменится, если у тебя сейчас что-то не получается это не значит что оно у тебя будет не получаться всегда. В-третьих, может существовать убеждение что "как я могу сохранять упорство и настойчивость если я никуда не гожусь, если я ни на что не способен", с установкой "я беспомощен" любой акт есть акт беспомощности, даже если этот акт имел продуктивный характер. В-четвертых, человеку может казаться что он в процессе деятельности теряет себя, т.е. отказ от привычных мыслей и убеждений может казаться по началу даже странным и противоестественным, но если ты теряешь себя может ты и правильно делаешь что теряешь? Может стоит расстаться с этой частью твоей личности? В-пятых, человек может быть убежден что другие должны ему помочь, тут идет перекладывание ответственности, не надо так делать. В-шестых, может существовать убеждение что "ну я таким родился, я не могу измениться", но тут человек путает тенденцию к осуществлению какой-то деятельности таким-то образом и неизбежность выполненения какой-то деятельности таким-то образом, т.е. если вы всегда делаете все в последний момент это не значит что вы неизбежно будете делать все в последний момент всегда. В-седьмых, может существовать убеждение звучащее как вопрос "а что если у меня не будет получаться?", т.е. как правило это означает что все усилия, ресурсы положенные на достижение цели в случае неудач будут потрачены в пустую, "но ведь цель-то не была достигнута, да? значит все что было потрачено ушло в пустую", и т.к. в жизни гарантий никто не дает, то это дает удобную рационализацию собственного бездействия, однако тут стоит помнить, что сидение на месте гарантированно не даст никаких результатов. В-восьмых, может существовать убеждение "я не вижу прогресса, так что я не вижу смысла продолжать", "не вижу" тут стоить расшифровывать как "я не вижу СИЮМИНУТНОГО прогресса", тут надо понимать что большинство изменений заметны далеко не сразу, т.е. переход количества в качество, количества дней в качественное отличие в плане твоего поведения и мыслей это процесс далеко не сиюминутный, т.к. многие мысли и убеждения СИСТЕМАТИЧЕСКИ и на протяжении МНОГИХ ЛЕТ взращивались сначала твоим окружением, а в последствии и тобою самим, так о каких мгновенных изменений может идти речь? Стоит помнить ещё и о том, что самосознание, то как ты оцениваешь свою личность, и сама твоя личность это не одно и тоже, в связи с этим многие изменения могут долгое время оставаться скрытыми. Когда человек начинает заниматься самовоспитанием, то его личность меняется, но ему самому его личностные изменения пока что еще не известны, для того чтобы личностные изменения стали известны самому человеку необходимо чтобы его изменения заметили другие люди, либо же чтобы он сам произвел определенный анализ себя прошлого, себя настоящего и поставил бы цель относительно себя будущего, но как правило нам не доступны свои личностные изменения, именно поэтому нам может казаться что никакого прогресса и нет. В-девятых, может существовать верность уже понесенным убыткам, т.е. если мы потратили много-много ресурсов в процессе осуществления какой-то деятельности и эта деятельность не дала результата (или перестала давать нужный профит), мы склонны продолжать эту деятельность, что в итоге приводит к тому, что мы начинаем тратить больше мыслительных ресурсов на обоснование того, зачем эту деятельность нам необходимо продолжать, вместо поиска альтернатив. Настоящая ловушка жокера. Но вместо всего этого стоит спросить у себя "какой конструктивный опыт ты извлек из этой деятельности?", можно переосмыслить безсмысленной этой деятельности (ведь что-то эта деятельность давала) + стоит заметить что разумный риск и изменения лучше, чем сидеть в болоте и гнить. К тому же стоит прояснить для себя причины такого поведения, например, почему ты пошёл на эту работу?, причина может быть вполне существенной и выражаться не в твоей слабости и не способности, а в каких-то более конструктивных проявлениях, имеет смысл пытаться себе объяснить более логично и конструктивно причины этой деятельности, а не просто "я слабый и глупый, пук". В-десятых, убеждение "я слишком (супер)стар чтобы меняться, в моем возрасте это уже не реально" или, допустим, "мне осталось две недели до защиты диссертации, мне уже слишком поздно что-то делать", в этом случае имеет смысл отнестись к этому суждению как к гипотизе, а не как к закону, т.е. стоит вспомнить что любая история развития начинается from the bottom так сказать. И последнее, пожалуй самое важное это скрытая мотивация (скрытая выгода), она выражается в том что вы скорее имитируете бурную деятельность в том, разрешение чего на деле не хотите, например, человек не хочет писать курсач потому что хочет остаться в статусе студента подольше, не хочет работать и переходить во взрослую жизнь. Если ты хочешь проверить себя на наличие скрытой мотивации, то необходимо задать себе 5 вопросов: "Хорошая часть, наилучшая часть моей проблемы в том, что [твой ответ]", "производит ли моя проблема преимущества в моей жизни? создает ли моя пассивность в решении данной проблемы какие-то плюсы?", "помогает ли мне моя проблемы скрыться, избежать чего-либо?", "что я получаю в этой ситуации чего не получаю в других?", "как эта проблема мне выгодна?"; По сути это все одни те же вопросы направленные на абсолютно одно и тоже, но различная формулировка так или иначе помогает посмотреть на проблему как-то иначе. - Ещё человек может не чувствовать разницы, ибо многие методики необходимо выполнять последовательно, их надо выполнять изо дня в день и часто человек может сказать что он не чувствует разницы, дескать эмоции вообще не меняются, тут надо помнить что эмоции изменяются чуть дольше чем мысли и поведение. -- Также может появиться иллюзия знания и понимания проблем, при которой человек все также перестает заниматься чем-либо, не обманывайся.

Отчет №001 Хуже чем планировал, но хоть что-то. P.S. Немного поясню за категорию "лайфстайл". Она описывает изучение материала на интересующие прикладные темы (self-help, прикладная психология и проч.), поиск и ввод инструментов почерпнутых из этих материалов в свою жизнь. --- 26.06.2021 - 1 день A1 По вкатыванию: Посмотрел первый вебинар, сделал задание. A2 По лайфстайлу: Прочитал 11% книги "Между Ницше и Буддой", сделал конспект. --- 27.06.2021 - 2 день A1 По вкатыванию: - A2 По лайфстайлу: Прочитал 10% книги "Между Ницше и Буддой", сделал конспект.

Конспект по книге Олега Цендровского "Между Ницше и Буддой: счастье, творчество и смысл жизни". ---------------------------------------------------- III часть ---------------------------------------------------- ---------------------------------------------------- Почему мы чувствуем то, что чувствуем: главный механизм человеческой психики ---------------------------------------------------- Главной пронизывающей психику стихией является желание, которое неразрывно связано с полюсами страдания и счастья. Человек инстинктивно стремится быть поближе к полюсу радости, и кажется очевидным, что для этого нужно создавать для нее специфические условия, то есть подмешивать в коктейль будней больше жизненной сладости. Но это ошибка, если мы хотим, чтобы напиток получился вкусным, нам в первую очередь требуется позаботиться, чтобы в нем было меньше яда и горечи, ибо и малых доз достаточно, чтобы он был изрядно подпорчен. Причина в том, что негативные переживания намного интенсивнее положительных, они с большей лёгкостью возникают, дольше длятся и тяжелее подавляются. Более того, даже в небольшом количестве они не просто перекрывают собой радостные переживания, но активно подавляют выделение нашим мозгом ответственных за положительные эмоции веществ – дофамина, норадреналина, серотонина, окситоцина и опиоидных пептидов. Ключевая биологическая функция боли и страдания, страха и тревоги в том, чтобы служить сигнальной системой, оповещающей организм о действительной или потенциальной опасности. Назначение же положительных эмоций, напротив, сопроводить удовлетворение потребности или указать на ее близость. Неудивительно тогда, что звук сигнализации куда громче и навязчивее, чем зовущего к обеду колокольчика, и она постоянно дает ложные срабатывания. ---------------------------------------------------- «борьба за счастье должна начинаться с противоположного конца, иначе она обречена на полное поражение» ---------------------------------------------------- Боль является реакцией организма на повреждение тканей. Страдание, с другой стороны, хоть и всегда сопровождает боль, но ею не ограничивается – подконтрольная ему сфера стократ шире. Оно представляет собой реакцию не на повреждение клеточных оболочек, но на реальное или воображаемое повреждение наших интересов или опасность такового. Фундаментальный механизм страдания можно назвать «экзистенциальным разрывом». Он представляет собой самоподдерживающееся противоречие между «я имею» и «я хочу», и вся наша сознательная психическая жизнь структурируется взаимным перемещением двух его планок. Увеличение дистанции между ними или простое ее созерцание порождает все известные человеку формы страдания, сводящиеся к единому тезису: положение вещей не таково, каким оно должно быть. Грань между физической болью и тем, что «только у нас в голове», не просто тонка, но может и вовсе отсутствовать. В обоих случаях негативные переживания есть смыкание экзистенциального разрыва и несут один и тот же посыл: что-то идет не так. В основе желания лежит недостаток, переживаемая как страдание нехватка, они спаяны друг с другом в неразделимое целое. Основной объем испытываемого нами страдания основан на иллюзиях, на когнитивных искажениях. Лимбическая система мозга, ответственная за эмоции, водит сознание за нос двумя жульническими трюками. Первый из них можно назвать «искажение дальности». Это увеличительное стекло, которое нервная система подносит к нашим глазам, как только в фокус внимания попадают объекты желания и неудовлетворенные потребности. Они предстают многократно разросшимися, и нам кажется, что завладев ими, мы станем ощутимо счастливее и в жизни произойдёт некая значимая перемена. Увы, это совсем не так, в чем нетрудно убедиться, внимательно изучив собственный опыт. Верхняя планка экзистенциального разрыва, расположена в сознании намного выше, чем для того имеются основания. Эта "морковка" на вкус намного хуже чем на вид. С точки зрения нашего жизнеощущения действительная дистанция между «я хочу» и «я имею» гораздо меньше. Наряду с этим в нас действует «искажение близости» – то же самое стекло, но перевернутое и создающее обратный оптический эффект. Освоенные объекты желания, вообще любые знакомые стимулы ослабляются мозгом. Мы в разной мере – но неизбежно – охладеваем и теряем интерес ко всему достигнутому, ко всему, чем мы обладаем, к настоящему моменту вообще. Благодаря этим манипуляциям нижняя планка «я имею» расположена гораздо ниже, чем на то есть основания. Мы получаем и могли бы получать из того мига, который проживаем, намного больше радости, чем нам представляется в силу искажений восприятия. Под действием этих иллюзий человек постоянно оказывается в трагикомичной ситуации, нелепость которой необходимо осознать. Он сосредоточенно страдает из-за того, что все не так, как он хочет – иными словами, из-за того, что ему недостаточно хорошо. Или, что еще абсурднее, он часто страдает уже сейчас из-за того, что ему кажется, будто недостаточно хорошо ему станет в будущем. Это как если бы мы окунались в ледяную воду всякий раз, когда нас не вполне удовлетворила температура за окном или ее прогноз на следующий год. ---------------------------------------------------- «нелепо сравнивать свой настоящий и действительный момент со сгущенным и искусственно созданным образом» ---------------------------------------------------- Каждый человек должен предпринять честную попытку увидеть истинный образ своего прошлого и будущего, без прикрас. Очень важно при этом воспринимать подобные моменты не цельно, а разбивать их на составные части, посекундно. В ходе такого изучения собственной биографии и средних значений эмоционального фона нетрудно убедиться, что природа по-крупному водит нас за нос. Подводя итоги можно уверенно сказать, что достижение целей и удовлетворение потребностей не делает человека счастливее. Вернее, лишь немного и ненадолго, после чего вы возвращаетесь либо в исходную точку, либо в непосредственную близость к ней. Поэтому борьба за счастье начинается совсем в иной сфере, на фронте борьбы со страданием, от чего зависят девять десятых итогового результата. Для этого мы должны путем умственного усилия выпрямить искажения, увидеть истинную ценность и природу объектов желания и познать свой настоящий миг. В противном случае система будет самовосстанавливаться, обращая лишь минимальное внимание на все наши потери и приобретения и извечную суету по их поводу. Только когда мы добились на этом фронте каких-то успехов, начинает иметь первостепенный смысл сосредоточение и на второй, положительной части. ---------------------------------------------------- «Если воду не мутить, она сама по себе отстоится. Если зеркало не пачкать, оно само по себе будет отражать свет. Человеческое сердце нельзя своей волей сделать чистым. Устраните то, что его загрязняет, и его чистота сама по себе проявится. Радость не нужно искать вовне себя. Устраните то, что доставляет вам беспокойство, и радость сама собой воцарится в вашей душе»